19.09.2020 | Login

Реклама

 

 

 

 

Алексей Гончаров

Алексей Гончаров

Бороздинский М.Г., Уклеин В.Н., 1974г.

 

ВЕНЕВ.

Венев — один из древних городов Тульской области. Первые упоминания о нем относятся ко второй половине XIV века. Но основан город был, видимо, еще раньше, предположительно на р. Осетр, в районе теперешнего с. Гурьево.
Венева, как первоначально город называли, упоминался в числе владений рязанского боярина И. М. Солохмира, его сына Григория и внука Михаила, а потом был куплен вместе с уездом великим московским князем Василием II Васильевичем.

 


В составе Московского великого княжества Венев упоминается в грамотах Ивана III Васильевича от 9 июня 1483 г., в 1494 и 1504 гг. Но к середине XVI века он, видимо, был разрушен, а вместо него боярин И. В. Шереметев Большой построил уже на территории современного Венева новый город и назвал его Городенском.
Первоначально г. Городенск был небольшой деревянной крепостью до 450 м в окружности. Потом появился посад из Оброчной (Городенской) и Стрелецкой слобод.
В 1563 и 1568 гг. И. В. Шереметев был обвинен в заговоре, и г. Городенск с Веневским уездом перешел к князю И. Ф. Мстиславскому,
При Мстиславском в Городенске и слободах было уже больше сотни дворов, в 1569—70 гг. образовалась Озеренская слобода «черных», (т. е. беспашенных, низшего сословия. — М. Б.) людей. Однако в 1572 г. и Мстиславский лишился всех веневских владений. Городенск с 5 селами и 9 деревнями стал после этого дворцовым имением. В том же 1572 г., судя по духовной грамоте Ивана Грозного, г. Городенск стал называться Веневом.

 


От тех далеких времен на территории Веневского района почти не сохранилось каких-либо материальных памятников. Правда, в 1968 г. у бывшего с. Архангельского на Веневском городище, некогда принадлежавшего помещикам Муромцевым, был обнаружен намогильный камень 1651 г. на месте захоронения одной из Муромцовых и 4 ямы с известью 600 — 700-летней давности.
От времен Куликовской битвы в народе до сих пор существуют две легенды. В одной из них рассказывается о том, что некий старик Свирид послал в 1380 г. с Дмитрием Донским 12 своих сыновей и они все погибли. Похоронили их на берегу р. Веневки у Свиридовского леса, а через некоторое время здесь пробилось 12 ключей, которые и сейчас еще существуют.

 


Во второй утверждается, что в 4 километрах южнее теперешнего Венева у д. Березово дружины Дмитрия Ивановича останавливались на отдых и что здесь якобы был г. Березань, от которого осталось урочище. Возможно, что это и так, ибо в одном из летописных списков о походе говорится, что «в лето 6889 (1380), месяца сентября пришедшу великому князю Дмитрею Ивановичю на место, нарицаемое Березуй за двадесяти три поприща до Дону».
В Веневе монастыре долгое время хранились гробницы последнего смоленского князя Юрия и новгородского епископа Пимена, умерших здесь (один в 1407, а второй в 1571 г.).
К началу XVII века в Веневе, на здание церкви бывшего Венев-Никольского монастыря, построенное в конце XVII века.
Каменные палаты на Красной площади г. Венева. Памятник архитектуры конца XVII — начала XVIII века территории, примыкающей сейчас с юго-запада к Красной площади, была построена вместо Городенска новая деревянная крепость. От прежней она отличалась не только большей мощностью вооружения и оборонительных сооружений, но и размерами, Внутри этой крепости одних церквей, например, было шесть: Преображенская, Благовещенская, Рождественская, Георгиевская и Ильинская.
Эта крепость сыграла определенную роль в крестьянской войне под руководством И. И. Болотникова, от нее с позором бежал царский воевода А. Хилков. В августе 1633 г. ее сожгли вместе с постройками крымские татары.

 


В 1638 г., из-за новых угроз со стороны крымцев, в Веневском уезде началось большое оборонное строительство. Более трех тысяч солдат, драгун и других «воинских людей» в течение лета возвели здесь на десятки километров так называемую Веркошевскую (Веркошскую) засеку с земляными валами, рвами, лесными завалами и острогами. А до этого на месте бывшего Городенска была построена деревянная крепость в Веневе. В 1649 г., по донесению воеводы В. Ю. Свиязева, «на Веневе город весь згнил и разволялся, тайник обвалился».
Однако набеги крымских татар не прекращались. Это вынудило правительство возобновить строительство острогов и крепостей на южных границах. На Веневе был «рублен в быки в дубовом лесу» новый шестибашенный город. Но к 1677 г., доносил воевода Д. И. Головачев, «обломы на нем, и мосты, и десница огнили».
По сметному списку 1680 г. здесь состояло на службе 102 стрельца, 89 пушкарей, 49 казаков, 352 драгуна, 23 засечных сторожа. На вооружении находилось 8 медных, 14 железных пищалей, железный тюфяк, 33 мушкета, 14 бердышей и 3 топорика.
В 1730 году эта крепость значительно пострадала при городском пожаре, часть ее уничтожилась в 1764 г., а остальная сгорела в 1834г. До 1571 г. в Веневе и уезде, судя по писцовым книгам того времени, не было кирпичных и каменных строений. От более раннего времени сохранились лишь остатки земляных сооружений.

 


У пересечения р. Осетр Воронежским шоссе находится интереснейшее сооружение древности — Махринское городище. Кольцеобразная форма его, окруженная высоким валом и глубокими рвами в междуречье Осетра и Веркуши, очень напоминает известное славянское городище Березняки III—V веков. Но, судя по внешнему виду, оно более позднего времени.
Ценным памятником древнерусского оборонного зодчества являются и остатки Веневско-Веркошской засечной черты, построенной в 1638 г. У д. Кочкино и пос. Ильича, например, хорошо сохранилась ромбовидная в плане крепость так называемых «Грабороновых ворот», в полутора километрах севернее их, в Исаковском лесу, — — «Старые Крабороновы ворота», а в трех километрах севернее последних — — «Оленьковские ворота», где в 1638 г. стояла шестиметровая башня со стапятидесятиметровым острогом по обеим сторонам.
Здание бывшей Богоявленской на Красной площади г. Венева. ник архитектуры XVIII века.
Из древних кирпичных сооружений сохранилось в с. Городенец южнее Венева здание бывшей Смоленской церкви. Здесь же хорошо видны валы и рвы бывшего острога Новый Городенск, построенного еще И. В. Шереметевым или И. Ф. Мстиславским в XVI веке. Судя по архитектурным формам, постройку Городенецкой церкви следует отнести ко второй половине XVII века, когда были характерны полуколонки по углам и пояса полукруглых кокошников в верхней части фасадов. Но в световом фонарике проглядываются более поздние декоративные формы. Позже были надстроены и четырехгранные постаменты утраченных теперь угловых глав. В настоящее время здание это находится в полуразрушенном состоянии, но, несмотря на это, оно поражает разнообразием и богатством своего кирпичного «узорочья» и свидетельствует о творческой оригинальности и силе создавшего его, увы, безымянного, древнерусского зодчего.

 


В 70-х годах XVII века Венев сыграл некоторую роль в распространении на центр России крестьянского движения. Так, в 1666 г. веневцы участвовали в казачье-крестьянском восстании под руководством Василия Уса, охватившем значительную часть сегодняшней территории Тульской области.
29 мая 1699 г. власть воеводы в Веневе была заменена выборными бурмистрами.
Начавшиеся в начале XVIII века строительные работы на Ивановском канале с целью соединения через Упу и Шат Волги с Доном внесли большие изменения не только во внешний облик Венева, но и всего уезда. Именно в это время здесь появилась первая парусинная фабрика, мастерские по изготовлению канатов. Для тульских заводов работали артели углежогов, развилась добыча камня.
Эпоха Петра I была отмечена широко развернувшимся строительством каменных и кирпичных зданий, часть которых сохранилась до наших дней. Так, в бывшем Веневе монастыре, в 18 километрах от Венева и в полукилометре от Тульской дороги у Дедловских выселок, до сих пор красуется замечательное белокаменное здание двухэтажной церкви, построенное в 1676—1701 гг. Основной объем этого ценного исторического и архитектурного памятника покрыт четырехскатной крышей и завершен восьмигранным фонариком, увенчанным небольшой главкой. По верхней части здания идет широкая полоса кирпичного «узорочья» и ритмичный ряд чуть килевидных полукруглых кокошников. По углам очень характерные для архитектуры XVII—начала XVIII веков парные полуколонки, придающие зданию легкость.
К этому же, если не более раннему времени, судя по архитектурным формам, относится и здание бывшей Казанской церкви в Веневе. Однако в дореволюционных изданиях эту постройку относят почему-то к более позднему периоду. Здесь же, в юго-западной стороне Красной площади, в 1737 г. была построена Покровская церковь, в убранстве которой сочетаются отголоски XVII века с типичными барочными формами после Кладбищенские ворота и здание Предтеченской церкви г, Венева. Но наиболее ценным памятником в Веневе являются расположенные в центре Красной площади «Каменные палаты». Документальных данных о времени постройки этого дома нет. Судя по архитектурным формам, появился он, вероятно, в начале XVIII века, но «красное» крыльцо и вынесенная из основного объема лестница на второй этаж говорят о XVII столетии.

 


Неподалеку, в северо-восточной части Красной площади, возвышается стройная шатровая колокольня и как бы спрятавшееся за нею само здание Богоявленской церкви. Первый ярус храма решен в виде высокого четырехгранного объема, а над ним мощный восьмерик светового барабана, увенчанный легким фонариком. Здание храма — типичный пример так называемых «ярусных» церквей, широко распространенных на рубеже XVII—XVIII столетий. В убранстве церкви сочетаются традиционные формы XVII века с более пышными приемами начала XVIII столетия — богатым обрамлением окон, порталами входов, лепными розетками и т. п.
Замечательным мастером-самоучкой был веневец Яков Батищев. Это он, рядовой петровский солдат, впервые в мире изобрел в 1715 г. на Тульском оружейном заводе многошпиндельный металлообрабатывающий станок с механическим приводом.
Архитектура второй половины XVIII столетия представлена в Веневе кладбищенской Предтеченской церковью, построенной в 1773 г. тремя ярусами в жизнерадостных формах барокко. Особенно нарядны здесь два верхних яруса: восьмигранный световой барабан и филигранный верхний фонарик.
Ряд интересных архитектурных памятников тех времен сохранился и в селах района. Так, в с. Аксиньино, принадлежавшем В. Д. Давыдову -дяде прославленного партизана Отечественной войны 1812 г. Дениса Давыдова, можно полюбоваться живописным ансамблем первой половины XIX столетия: высокими пирамидами при въезде в усадьбу, стройной двухъярусной колокольней, и церковью, построенной в 1790 — 1863 гг. в строгих формах русского классицизма с незабываемо красивым интерьером.
В с. Исакове сохранился двухэтажный дом со своеобразными башневидными выступами по обеим сторонам главного входа, а также здание бывшей Знаменской церкви, построенной в середине XVIII века и перестроенной в 1850 —1852 гг. на «классический» лад.
В 1751 г. в с. Хавки было воздвигнуто пятикупольное здание Рождественско-богородицкой церкви с колокольницей. Довольно интересно в архитектурном отношении здание бывшей церкви Флора и Лавра (1755 г.) в с. Свиридове.
В 1777 г. Венев, в связи с образованием Тульского наместничества, был объявлен 16 декабря, «при игрании на трубах», одним из его уездных центров. Вскоре здесь были открыты присутствия и установлен городской герб.
Веневский герб представлял собой восьмиполосное зелено-серебряное поле с золотой мерой в середине и символизировал сельскохозяйственное производство с хлебной торговлей.
Исторические сведения о Веневе начала XIX века скупы и немногословны. Известно, что здесь было 7 церквей, десяток торговых лавок, больше тысячи деревянных и кирпичных домов, бойня, мыловарня, винокурня и другие заведения.
С возобновлением в 1804.т=1Щ9_гг. по инициативе местных купцов строительства на Ивановском канале здесь несколько оживилась торговля, появились новые каменные здания. Так, в 1801 г. в оси теперешней улицы Льва Толстого при входе на Красную
площадь началось строительство огромнейшего по тем временам здания Николаевской церкви с трехъярусной колокольней. Но война с Наполеоном прервала работы.
В этом же году была построена Рождественско-богородицкая церковь в с. Мильшино, которая стоит и сейчас.
В 1812 г. веневцы участвовали в Отечественной войне. Полуторатысячное веневское ополчение храбро сражалось у Тарутина, Малоярославца, Красного, принимало участие в сражениях под Данцигом, Бауценом, Кульмом, в Лейпцигской битве 1813 года. После победы России над Францией было решено сделать в честь этого события Никольскую колокольню пятиярусной, самой высокой в губернии. Но к 1817 г., когда церковь была освящена, на колокольне было воздвигнуто только четыре яруса. В 1834 г. колокольня сильно пострадала при городском пожаре и только в 1860 г. была восстановлена. Сейчас это одна из наиболее высоких и красивых вертикалей в Тульском крае.
В 1820 г. в с. Есигюве была открыта первая в уезде школа. А в 1834 г. появилась школа в Веневе.В 1837 г. в этой школе побывал поэт В.А. Жуковский.
С историей Венева и уезда XIX века связаны имена и других известных в России людей. Веневские дворяне (А. Н. Вяземский), принимали участие в движении декабристов. В с. Холтобино проживал в своем имении известный оружейник, талантливый механик и архитектор, участвовавший в строительстве Всехсвятской церкви в Туле. Сокольников, а рядом, в с. Подосинки, жил известный писатель Хрущов-Сокольников. Здесь же, неподалеку от Холтобина и Подосинок, родился в д. Яцково в 1855 г. прославленный командир героического крейсера «Варяг» контр-адмирал Руднев. В северной части уезда на конном заводе Шереметевых в 1851 г. родился будущий художник-баталист А. Д. Кившенко.
Своей жизнью и деятельностью с Веневским уездом были связаны сын А. С. Пушкина Александр, который умер в 1914 г. и похоронен в с. Марыгино, и внук поэта Николай Александрович, до 1917 г., работавший членом уездного училищного совета от земства.
В д. Свиридове жил и работал известный фенолог и ботаник Тульского края Розен, научные труды которого не потеряли своего значения и в наше время.
Основным занятием населения Веневского уезда до середины прошлого столетия являлось сельское хозяйство. Но после отмены крепостного права начала развиваться и промышленность.
По данным 1887 г. здесь было четыре винокуренных завода и сахарный в д. Матово, кожевенное, салотопное заведения, 17 мятных заводов, 26 маслобоек, 10 синильных заведений, 50 водяных и 33 ветряных мельницы, 34 крупорушки, 5 сушильных заведений, шасталка, 2 винных склада, 4 ренсковых погреба, 62 трактира и т. д.
С развитием промышленности рос численно и организационно рабочий класс. Этому способствовало и развернувшееся в районе в конце XIX века строительство железной и шоссейных дорог.
Вместе с тем, из-за невыносимых условий жизни и работы, до 12 тысяч жителей Венева в 50-х годах и 25 процентов взрослого населения уезда в 1870-х уходило на заработки в другие города и районы. Там они вливались в рабочую среду и приобщались к революционному движению.
Первыми веневдами, еще в 80 -90-х годах прошлого столетия ставшими на путь революционной борьбы, были С. Н. Черносвитова-Луначарская-Смидович, отец которой имел небольшое имение в д. Щучье и винный завод в Веневе, братья Филипп и Артемий Ильичи Бодровы из д. Подхоженские выселки и др. Они установили связи с членами семьи Ульяновых, а потом с В. И. Лениным и работали под его руководством.
В 1898—1907 гг. в семье Ульяновых-Елизаровых жили в Москве, Подольске и Саблине сестры М. И. и Володины из с. Грибовка. 1 А. И. Володина помогала сестрам
В. И. Ленина печатать листовки, распространять нелегальную литературу. Несколько позже, особенно во время первой русской революции, из Веневского уезда вышли большевики. Все они активно участвовали в революционном движении в Петрограде, Москве, Туле и др. городах, а потом собрались в родном уезде и поднимали на борьбу с самодержавием веневское крестьянство. Именно под руководством большевиков крупные политические выступления крестьян произошли весной 1905 г. в д. Бокше, весной 1908 г. в с. Подхожем, д. Покровской, Красновских выселках и др., а в декабре 1907 г. в Серебряных Прудах, Дудине и др. На усмирение восставших вынуждены были выезжать губернаторы с войсками.
После поражения революции 1905 —1907 гг. большинство веневских большевиков опять разъехалось по разным городам. Так, П. С. Кубышкин в годы реакции работал в Туле. В 1913 г. он участвовал вместе с Н. А. Бабаевым, И. Е. Кутляковым, П. В. Баташевым и др. в нелегальных собраниях и подготовке сил к новому подъему революции, а затем уехал в г. Богородск и работал там под руководством Г. М. Кржижановского на «Электропередаче». Между Москвой, Петербургом и Веневом курсировали бывшие члены ленинского Петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса» братья Бодро- вы. На Мытищинском вагоностроительном, а затем Сормовском судостроительном заводах проходил университетский курс революции А. Г. Панков. В Москве, а потом в ссылке в Самаре, закалял характер революционера Д. С. Соломенцев.
Начавшаяся в 1914 г. мировая война и первые поражения на фронте обострили все классовые противоречия в России. 27 февраля 1917 г.
Рухнуло самодержавие. А 3 марта в Веневе был образован Временный исполнительный комитет, который отстранил всех старых правителей от власти. 10-го же .марта здесь был создан уездный исполкомов который вошли А. Г. Панков, П. В. Баулин, С. М. Милейковский. П. С. Кубышкин был избран председателем комитета.
С февраля до октября 1917 г. Веневский исполком во главе с большевиками проделал большую работу по подготовке сил к социалистической революции. С его помощью здесь активно действовали, вопреки запретам Временного правительства, Советы крестьянских и солдатских депутатов, отряды Красной гвардии и самообороны, а в мае оформлена организация большевиков и был создан Совет рабочих депутатов.
27 ноября 1917 г. в г. Веневе была установлена Советская власть. Венев, таким образом, стал первым «красным» городом в Тульской губернии. 10 декабря на первом уездном съезде Советов была провозглашена Советская власть и в уезде.
Взяв власть в свои руки, веневские большевики сразу же развернули кипучую деятельность по перестройке жизни уезда. Уже к концу года здесь была реорганизована милиция, 6 марта 1918 г. начала выходить первая в истории уезда ежедневная газета «Веневский революционный вестник», 29 апреля был создан уездный Совет народного хозяйства, проводилась конфискация помещичьих земель и имений, мобилизация в Красную Армию.
Все мероприятия большевиков встречались в штыки местной буржуазией, духовенством, торговцами и их прислужниками — меньшевиками и эсерами. Уже в январе 1918 г. во время заседания второго уездного съезда Советов они подняли набатом горожан и попытались свергнуть Советы. Однако натиск контрреволюционеров был отбит.
Власть трудящихся вызывала злобу и ненависть богатеев. 8 ноября их прислужники избили и ограбили на базарной площади военкома Д. С. Соломенцева. В тот же день в ряде волостей начались кулацкие выступления. При ликвидации их погибли председатель УЧК И. М. Рогожин, военком Урусовской волости Е. П. Бизюков, председатель Клинского волисполкома Голованов, секретарь Кормовского волисполкома Говоров и др.
Об этих событиях напоминает сейчас мраморный памятник на могиле И .М. Рогожина и Е. П. Бизюкова на Красной площади Венева.
В годы гражданской войны многие уроженцы Веневского уезда сражались в рядах Красной Армии, восстанавливали народное хозяйство. Уже в 1918 г. в Веневе были оборудованы сельскохозяйственные мастерские, открыт театр в 1919 г., пущены электростанция, кирпичный завод, в уезде начали работать 4 из 13 имевшихся спиртозаводов. В 1920 г. в уезде работали 5 кирпичных, мыловаренный, кожевенный, лесопильный заводы, 33 водяных, 34 ветряных и 12 механических мельниц, 159 крупорушек, 28 шерстобиток, 28 маслобоек и т. д.
За эти годы отделом военных снабжений уездного Совета народного хозяйства было поставлено Красной Армии до 1000 армейских двуколок и артповозок, около 5 тысяч пар сапог, 1140 пар валенок, больше 3 тысяч полушубков, много другой армейской одежды и белья. Для нужд населения в сельхозмастерских было отремонтировано 538 плугов, 25 косилок, 19 молотилок, 31 привод к ним, 13 пожарных машин, 2 соломорезки и многое другое, изготовлено 121 телега, 1186 станов колес, 1800 станов ободьев, 4970 саней и др. Уездный лесной комитет только в 1919 и 1920 гг. выделил различных лесных материалов на строительство 2575 изб, 1408 сеней, 1152 дворов, 922 амбаров и 1294 риг.
В 1921 г., по постановлению укомпарта от 12 июля, в Веневском уезде были созданы Веневский, Васильевский, Серебрянопрудский, Подхоженский и Холтобинский райкомы партии. В этом же году состоялся 1-й уездный съезд РКСМ, объединивший все 24 волостные комсомольские ячейки. Первым секретарем комитета .был избран В. Н. Михеев. Коммунисты и комсомольцы уверенно проводили в жизнь ленинскую новую экономическую политику.
В 1924—1925 гг. в Веневском уезде был восстановлен довоенный уровень сельскохозяйственного производства. В Борщевом, Озеренцах, Кукуе и др. селах были созданы сельскохозяйственные артели и товарищества. Благотворное влияние на кооперирование в деревне оказывали Васильевский, Узуновский, Хавский, Урусовский и др. совхозы. В 1928 г. в уезде насчитывалось 1Г колхозов. В с. Медведки в 1931 г. была орга-4^ низована первая МТС.
В 1934 г., к моменту завершения коллективизации, в Веневском районе уже работали 3 МТС, 11 совхозов и 180 колхозов. С ростом » экономики росла и культура на селе, повышалось благосостояние трудящихся.
12 декабря 1937 г. веневцы избрали первых своих депутатов в Верховный Совет СССР. На глазах преображались древний Венев и все населенные пункты района.
Но 22 июня 1941 г. мирный труд советского народа был прерван вероломным нападением на нашу Родину гитлеровских захватчиков. С первых же дней войны веневцы храбро сражались с гитлеровцами на разных фронтах, а когда возникла угроза оккупации района, многие из них вступили в группы самообороны, истребительные батальоны и громили врага на своей родной земле. В боях за Венев 21— 24 ноября 1941 г. фашисты потеряли большое количество живой силы и техники. Героическими подвигами прославили себя здесь сотни советских воинов и многие жители района.
Память о павших героях увековечена «Курганом бессмертия», монументом «Пушка» и скульптурной группой на братской могиле в Веневе. Установлены памятники и на братских могилах в деревнях Анишино, Грызлово, Кукуй, с. Грибовка и пос. Мордвес.
Среди героев трудового фронта следует отметить прославленного автомобилестроителя И.А. Лихачева, ) доктора сельскохозяйственных наук л В. А._ Соловьева, доктора технических наук генерал-лейтенанта Д. Г. 3ахарова.
После того, как отгремели бои на веневской земле, трудящиеся района с невиданной энергией взялись за восстановление разрушенного хозяйства. К 1949—1950 гг. в колхозах и совхозах было восстановлено поголовье скота, поднялась продуктивность сельскохозяйственного производства. В большинстве сел и деревень были построены вместо разрушенных и сожженных добротные новые дома, очаги культуры, производственные здания. С 1954 по 1958 г. только в колхозах было построено 25 типовых коровников, 39 свинарников, 30 телятников, 20 конюшен, 43 зерно- и овощехранилища, 17 артезианских скважин и многое другое. За успехи, достигнутые в производстве и продаже сельхозпродуктов государству, 73 сельских труженика района были награждены орденами и медалями СССР.
С 1950-х гг. началось большое строительство и в Веневе. Здесь появились новые предприятия и поселки: Пристанционный, Сеодохоразведчиков. Список улиц пополнился Пионерской, Комсомольской, Луговой, Школьной и другими. Были построены новые добротные здания широкоэкранного кинотеатра, столовой, универмага, райкома партии, комбината бытового обслуживания, магазинов и т. д.
В районе, в связи с развитием угледобычи и ростом производства каменной продукции, были возведены красивые и благоустроенные поселки Бельково, Грицовский, Метростроевский, Каменный, значительно расширились поселок Мордвесский, Свиридовский, поселки совхозов «Правда», «Коммунар», «Веневский», «Васильевский», «Анишино» и др.
В настоящее время трудящиеся г. Венева и района вдохновенно трудятся над выполнением решений XXIV съезда КПСС, успешно воплощают в жизнь программу девятого пятилетнего плана. За успехи в социалистическом соревновании в восьмой пятилетке 186 веневцев были награждены орденами и медалями СССР. Свыше 2000 человек удостоены медалей «За доблестный труд. В ознаменование 100-летия со дня рождения В. И. Ленина». Но более широкую перспективу в развитии промышленности, сельского хозяйства, повышении благосостояния и культуры открывает перед нами девятая пятилетка.
В ближайшем будущем в Веневском районе предусмотрено быстрыми темпами развивать угольную промышленность. С этой целью, кроме действующей Грызловской шахты, в 1971 г. пущена в эксплуатацию прервал очередь Грызловского разреза с годовой производственной мощностью 600 тысяч тонн. Здесь ведется строительство и второй очереди разреза такой же мощности. А в 1974 г. должна вступить в строй самая мощная в Подмосковном бассейне шахта № 8/9 на Восточно-Грызловском месторождении с годовой добычей угля в 2,3 миллиона тонн. В дальнейшем предусматривается строительство Бельковской, Берззовской и Бельцовской шахт с годовой производственной мощностью в 1,2 миллиона тонн угля каждая. Только за годы девятой пятилетки добыча угля в Веневском районе должна возрасти в 2,6 раза и достигнуть 4 миллионов 712 тысяч тонн в год.
Дальнейшее развитие получит добыча камня, производство щебенки, известковой муки в Веневском карьероуправлении и на Свиридовском карьере, новые виды продукции начнет выпускать лесокомбинат, расширят свои производственные мощности Веневский быткомбинат и Мордвесский промкомбинат, значительно изменится и внешний вид Венева.
По пятилетнему плану развития в 1973 году закончено строительство комплекса многоэтажных зданий Больничного городка, первой очереди очистных сооружений на 1250 кубометров воды в сутки, восемь шестнадцатиквартирных и более десятка административных домов. С началом же строительства Березовской и Бельцовской шахт здесь будет возводиться специальный шахтерский микрорайон.
С каждым годом хорошеет древний Венев.
1974 г.

Понедельник, 17 февраля 2020 00:00

Жернов Николай Николаевич

Н. Н. Жернов родился 8 мая 1891 года в г. Венѐве, партийный и хозяйственный работник. После окончания Оренбургской школы прапорщиков с октября 1918 по 1921 годы служил в РККА. После демобилизации вернулся в Венѐв. Работал в райфинотделе, инспекции Госстраха, председателем исполкома горсовета, райплана. Почетный гражданин города Венѐва (1972). Звание присвоено в честь 600-летнего юбилея г. Венѐва, учитывая продолжительную работу с 1935 по 1949 годы на руководящих должностях в местных Советах, а также многолетнее активное участие в общественной работе города. (Фото из фонда Венѐвского краеведческого музея)
Вторник, 28 октября 2008 00:00

Усадьба Фон Мекк, Ильин

Веневский районный клуб краеведов:

Справка об истории усадьбы Фон Мекк в Веневском районе.

На высоком правом берегу р. Осетр у ее излучины при пересечении со старым Московским трактом в небольшом парке на границе с Хрусловским кладбищем расположены остатки дворца фон Мекк, что еще десятилетие назад был обитаемым помещением.
Он был выстроен и принадлежал Максимилиану Карловичу, барону фон Мекк в конце 19 века.
Дворянский род баронов фон Мекк происходил от силезского канцлера Фридриха фон Мекк (1493 г.) Его внук Яков Переселился в Лифляндию и был каштеляном рижским (1569 г.) / КАШТЕЛЯН – войсковой начальник, ведавший тылом и снабжением армии/. Его потомки до начала 18 в. служили в Швеции. Максимилиан – потомок Якова в 12 колене. Он был предпоследним сыном Карла Оттона Георга фон Мекк (22.06.1821 – 26.01.1876 Петербург), называемого в России Карлом Федоровичем. Один из крупнейших в России инженеров путей сообщения, действительный статский советник, внесенный как и весь род в мартикул дворян Лифляндской губернии и в 6-ую часть родословной книги дворян Смоленской губернии, был очень богатым человеком. В начале 1860-х годов он был подрядчиком строительства Московско-Рязанской, а потом и Рязано-Козловской (ныне Мичуринской) железных дорог, затем же стал концессионером Курско-Киевской и Любаво-Раменской железных дорог. На всем этом он сумел нажить миллионное состояние и стал покупать в разных районах страны барские имения. Например, в 1868 г. он купил на Подольщине (Украина) село Браилов с богатейшими угодьями, где насчитывалось более 600 дворов 5000 жителей. Восстановленный после Великой Отечественной войны дворец фон Мекков в два этажа до сих пор привлекает поток экскурсантов – именно здесь* и жил и работал знаменитый русский композитор П. И. Чайковский, которого приглашала сюда каждый год на лето знаменитая меценатка Надежда Филаретовна фон Мекк (урожденная Фроловская), дочь небогатого помещика Клинского уезда Московской губернии, (р. 29.01.1831 – ум. 14.01.1894 г. Ницца). В 1847 г. в возрасте 16 лет, она не без содействия брата Александра, работавшего на железной дороге, стала женой знаменитого инженера, который был старше ее на 12 лет.
От этого брака у нее родилось 11 детей: сыновья Владимир, Николай, Александр, Максимилиан, Михаил (последний прожил всего 13 с половиной лет) и дочери Елизавета, Александра, Юлия, Лидия, Софья, Людмилла. По завещанию все богатства барона распределялись в равных долях между детьми, но до их совершеннолетия полноправной хозяйкой средств была мать, что позволяло ей бесконтрольно тратить любые суммы. Поэтому ежегодная пенсия, выплачиваемая Н. Ф. Фон Мекк Петру Ильичу Чайковскому, размером 6 тысяч рублей в год, вызывала большие нарекания со стороны детей и мужей ее дочерей и старших сыновей, и они делали все, чтобы их часть наследства переходила к ним.
В 1870-х годах владения фон Мекк оказалися и в нашем уезде, сначала в д. Гурьево, а потом и в селе Хрусловка. Дело в том, что жена владельца многих земель в с. Большой Клин, Васильевское, в деревнях Карпове, Гурьеве и др., знаменитого земского деятеля князя Владимира Александровича Черкасского, учавствовавшего в правительственной комиссии по освобождению крестьян в 1861г. от крепостной зависимости, Екатерина Алексеевна, урожденная Васильчикова, дочь помещика с. Карпова, решила продать часть своих земель в д. Гурьево ( см. примечание ) Землю купил правнук знаменитого генерала от кавалерии, кавалера высших орденов страны барона Леонтия Леонтьевича Беннингсена за победу над Наполеоном возведенного в графы Российской империи (10.02.1745 –2.10.1826) Полное имя нового владельца д. Гурьево граф Павел-Андрей-Виктор Александрович (р.1845 г. — ….?) Он женился на дочери фон Мекк Александре Карловне, и покупка стала свадебным подарком. Надежда Филаретовна часто посещала в этом имении свою дочь. Этот брак оказался очень выгодным для веневского дворянства. И не только титулом и значимостью нового помещика. Через него они получили выход на человека, связанного со строительством железных дорог.
Дело в том, что веневцы, узнав о той выгоде, с которой была построена железная дорога через Тулу, решили добиться этого же и в Веневе. Уезду было чем торговать: залежи каменного угля, богатейшие запасы редчайшего известняка, дрова, зерно, мука всегда пользовались спросом в Москве и других городах центра России. Железная дорога в тех же целях удешевляла подвоз, что давало дополнительный барыш помещикам.
Вопрос о дороге ставился неоднократно с декабря 1871 года на общих собраниях уездного и губернского земских собраний. Направления предлагались самые разные: Зарайск, Лаптево, Кашира, Тула. Была создана особая земская комиссия, где многое определял В. А. Черкасский. Лично ему было выгодно направление на Лаптево, поскольку тогда дорога прошла бы по всем его имениям; князь Оболенский отстаивал направление на Каширу, но под давлением авторитета своего оппонента проиграл, а идею Черкасского из-за сложностей рельефа забраковало правление дороги. Очевидно, здесь уже Черкасский действовал заодно со старшим фон Мекком. Но вскоре умирает барон, через два года умирает и В. А. Черкасский. Их дело продолжили старший сын Владимир Карлович (15.06.1852, Рославль, Смоленск. губ.—2.11.1893, Висбаден, Германия), камер-юнкер Высочайшего двора, Можайский уездный предводитель дворянства, который взял на себя руководство всем делом; и его брат Николай Карлович (16.04.1863, Москва – кон. 1929г. ), который стал председателем правления Московско-казанской железной дороги. Со стороны Веневских дворян в дело включился старший брат покойного князя Черкасского, Евгений Александрович (23.06.1820 – 1898) , тайный советник, в ту пору женатый вторым браком на гурьевской помещице Юлии Александровне Муромцевой, чьи предки Лавр и Иван Лаврович Муромцевы были в числе самых первых служилых в Веневе дворян при Иване Грозном в1572 г.
Веневские дворяне и земство вели переговоры и рассылали свои ходатайства в правление дорог и министерство путей сообщения почти ежегодно, и поскольку дело сдвинулось с мертвой точки, закулисные отношения Беннигсенов и фон Мекков через князя Евг. Черкасского увенчались успехом. В конце концов летом 1900 года первый пробный паровоз прибыл в Венев, а десятилетием раньше веневским помещиком стал младший сын Надежды Филаретовны барон Максимилиан Карлович (17.01.1869 – 1950 ).
В знак благодарности семье на его имя Надежда Филаретовна почти за бесценок приобрела в 1880-х годах 284 десятины земли под имение, лежащих подле с. Хрусловка у Осетра. Говорилось, что часть своего парка уступила помещица Янькова. Возможно, часть парка была именно ее, но документы утверждают, а наличие кладбища с. Хрусловки возле самого поместья доказывает, что на самом деле была продана часть земли, отведенной ранее помещицей под новое кладбище Михайло-Архангельской церкви с. Хрусловка, стоявшей тогда ниже усадьбы на берегу Осетра с веневской его стороны.
На этой земле на деньги Максимилиана началось строительство дворца. Точная дата этого не известна, но в письме П.И.Чайковскому от 9.08.1889г. Н.М. фон Мекк указывала: « Я послала Вам также фотографии, работы моей дочери Саши … Обратите внимание, дорогой мой, на имение и дом Макса; не правда ли очень красиво? Имение это лежит в полутора верстах от Саши, и в прошлом году я его подарила Максу, а дом построен уже на его доходы. Вот и этот последний в январе месяце сделается совершеннолетним (21 год) и получает все свое состояние в свои руки …»
Дом строился быстро веневским подрядчиком Борисом Жулдыбиным. Им же, кстати, по проекту того же неизвестного архитектора были выстроены потом Веневский, Мордвесский и Серебрянопрудский вокзалы, а общность их типового архитектурного проекта наталкивает на мысль еще об одной предполагаемой афере: не строилось ли это здание, как хрусловский вокзал на предполагаемой ветке (а за отчуждение хороших земель платились очень большие отступные), а потом «в связи с изменением проекта» дорогу могли отвести куда-либо в сторону, а «вокзал» продать по ненадобности за бесценок. Кстати, дорога потом пошла такими косогорами и буераками, приводящими до сих пор в этом месте к авариям, что ни один здравомыслящий инженер просто так ее бы там никогда не проложил… Эту версию в свое время высказал наш краевед М.Г. Бороздинский, он долго исследовал ее в архивах, но никаких компроментирующих докуместов так и не обнаружил. Но мысль, что в это же почти время веневцы в лице председателя управы В.Е.Махотина развернгули бурную деятельность по строительству у будущей дороги элеватора для сбора зерна с уезда (без железной дороги это строительство было бы просто бессмысленным), оставляет данный вопрос в подозрении…
Так или иначе, но в 1890 году, 17 января Максимилиан (или Макс, как звали его все домашние) торжественно, с приглашением почти всей родни, (хотя из-за финансовых склок в семье приехали далеко не все), отметил в новом хрусловском дворце свое совершеннолетие. Изыскательские работы на трассе в это время уже начались, хотя через пол года трасса была признана невыгодной; вскоре умерли Владимир Карлович и Надежда Филаретовна, усадьба в Гурьеве перешла к сыну Павла Александровича и Александры Карловны – графу Мануилу Павловичу (р.17.11.1875 — ум. ? ), уездному предводителю дворян Старорусского уезда Новгородской губернии, а в последствии члену 3-й Государственной Думы.
Сидеть помещиком в Веневе юный Макс и не собирался – он выбрал себе дипломатическую карьеру. Уже тогда он служил по ведомству Министерства иностранных дел. В 1895 г. он женился на Ольге Михайловне Кирьяковой, по первому ее браку – Донауровой, после чего фактически покинул свой хрусловский дворец, поскольку стал сначала секретарем русского посольства в Вашингтоне, потом в Стокгольме (Швеция), г. Цетинье (б.Далматинская республика на побережье Адриатики, вошедшая потом в Югославское королевство), и , наконец, генеральным консулом в г. Ньюкасле – на – Тайне (Сев. Ирландия). С 1917 года он находился в эмиграции, где и скончался в 1950 г.
Возможно, что в конце 19 века дворец был продан другим владельцам, хотя документов или каких-либо свидетельств об этом у меня нет. Но в народе он так и остался дворцом фон Мекк, история его обросла легендами и домыслами. Одна из них, что здесь жил Чайковский. Этого не было никогда. С совершеннолетием Макса выплаты пенсии Чайковскому по его желанию (Макса) тут же прекратились, что привело к разрыву отношений композитора с его матерью.
После революции дворец фон-Мекков был национализирован, и на его основе создана коммуна. Конфискацию осуществлял первый советский прокурор (уезда) известный наш революционер Дмитрий Семенович Соломенцев. По его рассказу в хрусловском дворце Мекков было 24 комнаты, и не одна из них по своей отделке, обстановке и окраске не походила на другие. Точно известно, что там были дубовый, ореховый залы, «китайский» зал со стенами, обитыми китайскими тканями, был зал, отделанный под ясень, выкрашенные под серебро и золото, с мебелью из орехового дерева и карельской березы. Самой оригинальной была «зеркальная» комната – сплошь с зеркальными стенами, потолком и полом. Следовательно, хозяин был очень горазд на всевозможные выдумки. По традиции тех времен все украшения и ценная утварь, картины и ткани сдавались в Москву, туда же, в музей дворянского быта была, очевидно, свезена и мебель, которая могла быть, как невостребованная другими музеями, продана с аукциона на манер продажи двенадцати стульев мастера Гамбса из одноименного романа Ильфа и Петрова. Коммунары были против роскоши, поэтому вряд ли что могло уцелеть в этом доме.
А в 1921-22 г.г., когда разразился голод в Поволжье, здесь был открыт детский дом для прибывших с Волги сирот. По распоряжению зав. отделом культпросвета Наркомпроса РСФСР Н. К. Крупской Федор Макарович Ананьев доставил сюда из Москвы целый вагон одежды, белья, обуви и продуктов.
Отсюда вышло потом немало замечательнейших людей – знатная ткачиха Армении Наталья Пронина, ставшая вскоре после войны депутатом Совета Национальностей Верховного Совета СССР, Герой Советского Союза Георгий Дмитриевич Курбатов. Выпускники и питомцы на страницах нашей газеты вспоминали много других интересных людей, среди них – директор 50-х – 60-х лет Николай Федорович Карнаушкин, который в труднейших условиях добивался для ребят всяческого благополучия.
В годы своей учебы в школе и первое десятилетие работы в ДК бывал там с шефскими концертами и походами шахматистов и я. Здание содержалось в пристойном виде, постоянно поддерживалось и ремонтировалось.
Но затем из-за беззаботности детдомовского руководства здесь начались склоки, взаимные разборки, хлынул поток анонимок. Авторитет детдома резко упал, и областное начальство поспешило его закрыть.
Здание некоторое время было бесхозным, впериод первичной приватизации его поспешили продать одной из Московских фирм.
В 1994 г. его судьбой заинтересовался областной департамент по культуре. По инициативе его тогдашнего руководителя И. М. Москалева интеллигенция района подняла вопрос о приобретении дворца для базы отдыха культработников области, с этим вопросом я лично обращался на депутатском приеме к тогдашнему министру культуры Сидорову, но вопрос не был решен из-за разорения собственника, имевшего права на дворец. Тогда он был еще в приличном состоянии и лишился только стекол, части парапетов окон и нескольких досок пола. Сейчас это здание уже не узнать.
Необходимо принять все меры для возвращения уникального здания в ведение района.
Ильин В.Ю.
Режиссер Веневского народного театра РДК,
Председатель районного клуба историков и краеведов, 8.04.2001г
Использованная литература :
1. Ф. А. Брокгауз, И. А. Ефрон. Энциклопедический словарь, С. Петербург, 1896, т.37 (1-й полутом 19т), с.2
2. В. И. Чернопятов. Дворянское сословие Тульской губернии, М.1908. Родословец, материалы, ч.у. графы Беннигсен. Бароны фон Мекк. Князья Черкасские., 4. (6)
3. Мануил Беннигсен. Дворец в Гурьеве. Статья из журнала «Поместье и усадьба», М. 190..г. (предп. 1908)
4. М. Г. Бороздинский. Наш первый паровой. Статья из газеты «Красное знамя» за 1985., №№ 26,27,32,54,66,73, 76, 97,98
5. М. Г. Бороздинский, Дворец Мекков. Рукописный чистовик от 2.07.1993 г. Хранится в Веневском краеведческом музее.
Примечание: При сверке текстов разных публикаций я нашел в своей справке историческую ошибку. Землю Беннигсену для жены Анны Карловны кн. Черкасская продала не в д. Гурьеве, а в с. Хрусловке без строений и крестьян, а землю и дворец в д. Гурьеве граф Павел Александрович Беннигсен приобрел у жены князя Евгения Александровича Черкасского Юлии Александровны, урожденной Муромцевой, и ее сестры девицы Елизаветы Александровны Муромцевой. В имение входили деревянный, отделанный под камень в «александрийском» стиле дворец с коллонадой по обе стороны и примыкающими к ним флигелям: для гостей и для кухни, коллонада до кухни была застеклена, потом там устроили оранжерею; недостроенный конный манеж почти 500 метровой длинны, ряд беседок, фонтанов, аллей из редких пород деревьев.
Но поскольку этот дворец к Хрусловскому отношения не имеет, то и ошибка ничуть не влияет на ход повествования.
2. Николай Карлович фон Мекк не уехал за границу, а остался строить железные дороги России, он даже работал в народном комиссариате путей сообщения. Но в 1929 г. он был обвинен во враждебной деятельности и был расстрелян в конце 1929 г.

8.04.2001 г.
Ильин В.Ю.

Четверг, 30 октября 2008 00:00

Тулубьево, Татаржинская

Ваше Преподобие!

Посылаем Вам фотографии и чертежи Храма Михаила Архангела села Тулубьево, а также рассказ о поездке в Тулубьево и Венев на могилы наших предков в 1980 году.
Храм построен в первой половине XIX века (точная дата нам неизвестна) в родовой усадьбе Афросимовых при Дмитрии Афросимове ( 1790-1850). В склепе Храма были похоронены: его сын Николай Дмитриевич Афросимов, наследница-дочь Ольга Дмитриевна Афросимова, в замужестве Милохова, ее муж Аполлон Алексеевич Милохов, а также их дети и внуки. Последним владельцем имения был правнук Дмитрия Афросимова, Владимир Сергеевич Барыков.
Мы предполагаем, что автором Храма был крупный петербургский архитектор В.Ф. Федосеев, работавший в те годы в Туле и окрестностях.
Очень надеемся, что эти материалы помогут при ремонте и восстановлении этого замечательного Храма.
Иконы из его иконостаса могут, по словам старожилов, находится у жителей села Тулубьево.

С глубоким уважением,
Иоанна Татаржинская, Михаил Шишкин дек. 02 г.

Тел.: 246-70-07
Архитектор
Татаржинская Иоанна Викентьевна

ТУЛУБЬЕВО

«Как в прошедшем грядущее зреет
Так в грядущем прошлое тлеет»
Анна Ахматова

В Веневском районе Тульской области в северо-восточной части Среднерусской возвышенности, на древней земле вятичей расположено большое село Тулубьево, получившее свое название от исчезнувшей малой речки Толубайки.
Из Москвы туда можно проехать по железной дороге с Павелецкого вокзала до станции Настасьино, затем около 4 км пешком или на попутной машине. Можно повторить маршрут, который был наиболее удобен в старые времена, и доехать до ближайшей к Москве станции Мордвес. От нее, как и прежде, расходится несколько дорог, одна из них, идущая на юг, интересна и живописна. Она бежит среди полей, лесов, то поднимаясь слегка вверх, то легко сбегая вниз. Судя по всему, она выглядит так же, как и сто лет назад. Начинаясь в открытой, равнинной местности, она через несколько километров становится лесной, по обеим ее сторонам стоит стеной густой, смешанный лес бывшей Каширской засеки. Дорога, повернув от лесного массива на запад, приводит в холмистую местность с бесконечными полями ржи, овса, просматриваемую далеко вперед. Широта охватывает необычайная, такие просторы в старину в тех краях называли емким словом «оглядь».
Издали на самой высокой точке безлесного холма, куда ведет дорога, и сбегаются хлебные поля, замыкая широкую перспективу, виднеется село Тулубьево с каменной монументальной Церквью, которая органично включена в пейзаж, сохраняя главную роль в нем. Слева от нее в густой зелени стоят сельские дома, правее частично сохранившиеся посадки старинного парка и хозяйственные постройки колхоза. Въездные ворота для такого высокого места не нужны, оно все просматривается с дороги, лежит «как на ладони», его сразу охватываешь взглядом, встречая всей грудью. При приближении к нему дорога неожиданно спускается вниз в глубокий овраг, затем стремительно поднимается по зеленому склону на открытую площадку, поросшую сочной травой. На ней расположен редкий памятник архитектуры первой половины XIX века, Церковь Михаила Архангела, компактный храм типа «ротонда», встречающийся часто в русской архитектуре не в «чистом виде», а как здесь, квадратным в плане.
Кубический, решенный стеной, центральный его объем с двух сторон расчлененный высокими арочными нишами с трехчастными проемами, украшенными прекрасно нарисованными пилястрами дорического ордера, увенчан большим, почти во всю ширину световым барабаном и куполом. С востока и запада к нему примыкают более низкие прямоугольной формы алтарная часть и западный притвор, образуя четкую, симметричную, устойчивую композицию, контрастирующую с живыми линиями природы. Фасады, интерьеры, живопись, детали ордера, металлические решетки сохранились в удовлетворительном состоянии, разрушена полностью лишь колокольня.
Памятник выглядит «столичным», хотя неизвестен за пределами области, не поставлен на государственную охрану. В нем чувствуется незаурядная творческая индивидуальность, профессиональное мастерство, черты хорошего вкуса. Можно предположить, что автором проекта мог быть петербургский зодчий В.Ф. Федосеев, приглашенный в 1833 году Демидовыми в Тулу для восстановления после пожара металлургического завода, где он кроме этого осуществил постройки колокольни Всехсвятской Церкви и Петропавловского Храма-ротонды, архитектурно-художественные формы, пропорции которого очень напоминают Тулубьевский Храм.
От старой Тулубьевской усадьбы, принадлежавшей в прошлом семье Афросимовых, расположенной когда-то рядом с Церквью Михаила Архангела, остался хаотично вырубленный фруктовый сад, часть пейзажного или как его называли тогда «аглицкого» парка. Они сильно пострадали от времени, но планировка их понятна и сейчас. Пространство между аллеями было засажено плодовыми деревьями, такое часто встречалось в русских парках. Сами фруктовые сады мало где сохранились, плохо они сохранились и здесь. Лишь плавное движение огромных двухсотлетних лип, да шелест серебристых тополей того же возраста наводят на размышления, перенося на два столетия назад.
Со стороны села за Церквью к липовым аллеям прижалось небольшое тенистое кладбище, густо заросшее деревьями и травой, среди которых лежат белокаменные надгробия конца XVIII начала XIX, чередуясь с более поздними захоронениями.
С противоположной стороны в зелени парка прячутся неглубокие прямоугольной формы пруды. Темно-зеленые воды их спокойны и неподвижны, лишь голубое небо и солнце высвечивают зеркальную гладь, да при дуновении ветра по ним проходит мелкая, трепетная дрожь. Идешь вдоль низких, неухоженных их берегов, и плывут вслед за тобой отражения прибрежных трав, кустарников, деревьев, некоторые из них шагнули прямо в воду. Пруды, не нарушая целостности общего рельефа холма, как зеркала гостиных, опрокинутые на землю, и сейчас украшают сохранившуюся часть парка.
Но самое интересное раскрывается для путника в северной части, со стороны поляны перед Церквью. С открытого взгорья видишь, как расстилается вокруг на много километров равнина, лежит на ней окаймленная лесом деревня Борозденки, вьется лентой по полям дорога, доходя до горизонта, где начинаются пологие холмы с лесными массивами, плавно сбегающими по склонам. И, крутое небо, неописуемое, изменчивое, огромное, оно господствует везде и во всем, рождая у человека чувство свободы, высоты, чувство крыльев, которое возникает от близости облаков и ветра. Удивительное место, мир необычных измерений. Здесь вспоминаются не только строки стихов русских поэтов, но и роман «Война и мир» Л. Толстого, особенно название имения Болконских «Лысые горы». Находясь в Тулубьеве, понимаешь, что так можно назвать видимые вдали вершины холмов. Видимо, «Лысые горы» представлялись автору не совсем безлесными, а такими, как здесь, «лысеющими».
Восстановить зрительно ансамбль старого поместья помогают существующие и ныне садовые дорожки, часть ограды, остатки старых фундаментов и, конечно, старинная, выцветшая от времени фотография, сделанная, примерно, в 1864 году. На фоне невысоких деревьев рисуется единый объем Церкви и трехъярусной колокольни, украшенной круглыми часами и главкой. Чуть выше по рельефу в центре располагался двухэтажный, деревянный, вместительный жилой дом с террасами и навесами. Его одноэтажные вытянутые вдоль боковые крылья ассиметричны, одно из них служило крытым переходом к кирпичной кухне. Близ нее виден большой одноэтажный флигель, за ним, не попав в объектив аппарата, начинались хозяйственные постройки. Архитектурный ансамбль, занимая всю кромку холма, имел четкую фронтально-ассиметричную объемно-пространственную композицию, для которой характерно равномерное размещение акцентов, спокойный ритм зданий, равнозначность осей. Перед фасадом была устроена большая, открытая площадка, сделана она была для всего ансамбля, для видов от него и на него. Ничего не заслоняло Храм и усадьбу со стороны главного подъезда она вся была «распахнута» широким амфитеатром на широкие просторы, обращена во вне, к зрителю, воспринималась сразу с разных точек зрения. Стоящий в центре ее дом, чтобы не слишком «парить» в небе и облаках был как-бы «заземлен», привязан зрительно к месту, уходящим вглубь парком и садом. Они крепко удерживали его на земле, связывая с расположенным рядом селом. Все было продумано, «сделано» с большим мастерством, хотя казалось абсолютно естественным. Судя по всему, в Тулубьеве архитектура и пейзаж сливались, дополняя друг друга, образуя единство разумно организованной среды, что так ценно для садово-паркового искусства.
Дорог этот усадебный комплекс не только архитектурным, но и историческим прошлым, живой связью с биографией льва Николаевича Толстого, следом, оставленным в его литературном наследии. В воспоминаниях Д.Д. Обленского, опубликованных в 1990 году в Международном Толстовском альманахе говориться, что Л.Н. Толстой в конце пятидесятых годов прошлого века, возвратившись с Кавказа каждую осень охотился в Веневских, Каширских лесах и засеках. «Впоследствии многие картины из этих охот вошли в произведение автора «Война и мир». Можно было даже узнать в романе некоторых охотников по их ярким чертам и характерным выражением». Это подтверждают переписка и дневники писателя. Так, в письме к мужу сестры Фета, И.Борисову он написал в 1859 году: «Вчера я только вернулся из отъездов в Каширский и Веневский уезды, затравил 2 волка, 3 лисицы». Льва Николаевича привлекали своей первобытностью, дикостью, безлюдьем любимые им засеки с глухими дорогами, чащами, оврагами. Они имели особое значение в его жизни и творчестве. Наиболее широкая в области бывшая Олонецкая часть Каширской засеки находилась как раз в трех верстах севернее Тулубьева. Известно из тех же источников, что писатель в те годы, время подготовительной работы над романом «Война и мир» охотился постоянно с опытными охотниками Иваном Артемьевичем Раевским, Петром Михайловичем Глебовым и братьями Владимиром и Евгением Александровичами Черкасскими. В усадьбах последних Кайдаково, Гурьево, Васильевское, расположенных вблизи Тулубьево, охотники останавливались на ночлег.
События тех лет, знакомства, жизненные наблюдения, природа оставили ощутимый след в произведениях писателя. Это чувствуется не только в заимствовании некоторых черт обитателей тех мест для галереи портретов, но и в знаменитых сценах охоты Николая Ростова в Отрадном. Л.Толстой почти с зеркальной точностью отражает действительность в описании осеннего пейзажа в дни перед охотой. Читая некоторые строчки романа, кажется, что написаны они с натуры, совпадает описание полей, дороги, вершин холмов и даже расположение леса. Все это говорит о том, что Л.Толстой не раз посещал здешние места, хорошо знал их. Ведь Тулубьево лежало как раз на середине пути из имения Черкасских Гурьево до Глебовского поместья в Кайдаково, где, судя по рассказу Д.Оболенского, Лев Николаевич проводил долгие вечерние часы и сочинил несохранившийся рассказ «Полина и Фаустина». Миновать при этом Афросимовскую усадьбу было просто невозможно, а не увидеть ее тем более. Да и сами обитатели ее, Афросимовы, уроженцы Тульской губернии, родственники соседа и друга Толстых по Ясной поляне, Афросимова Павла Александровича, были люди образованные, самобытные, вели образцовое по тому времени хозяйство, что тоже в те годы должно было заинтересовать писателя. Не раз фамилия Афосимовых встречается не только в дневниках писателя, но и в измененном виде среди литературных персонажей его произведений: это и Ахросимова из «Войны и мира», Афремов из «Живого трупа» (в первой редакции он упоминался как Афросимов). Лев Николаевич так говорил о героях своих книг: «У меня есть списанные и не списанные с живых людей, первые уступают последним, хотя списывание с натуры дает им несравненную яркость красок в изображении».
Сохранилось предание, что хозяйка Тулубьева, Ольга Дмитриевна Афросимова (ее могила сейчас находится в склепе Церкви Михаила Архангела) – женщина яркой индивидуальности, глубоко верующая, приверженка обычаям русской старины, с энергичным характером, с простотой в манерах общения послужила одним из прототипов образа Марии Дмитриевны Ахросимовой в романе «Война и мир». Дошедшая до нас фотография ее говорит о сходстве с внешним обликом, нарисованным Львом Толстым. Из научной и мемуарной литературы известно, что существовали другие прототипы этого важного действующего лица романа, об этом писали С.Толстая, Т.Кузьминская, Б.Эйхенбайм. Видимо литературно-художественный образ не был лишь натуралистической зарисовкой, он вмещал в себе представление о ряде характерных людей. Но, не случайно, Л.Толстой назвал его Ахросимовой, изменив, как обычно, только букву «ф», сохранив даже отчество; вероятно, именно в Афросимовской семье он встречал женщин с типичными внешними и внутренними чертами, ставшими своеобразными «натурщицами» для его сочинения. В конце пятидесятых годов XIX века, когда тулубьевские окрестности — Гурьево, Кайдаково не раз во время охот посещал Л.Толстой, Ольга Дмитриевна, выйдя замуж за Милохова А.А., безвыездно жила в деревне вместе с материю, детьми и мужем. Хозяйство ими поддерживалось в образцовом, по понятиям того времени, состоянии, в изобилии выращивались зерновые культуры, был большой скотный двор, службы, оранжерея.
Таков был еще один мало известный уголок Тульской области.
1985 г.

Прибавления к Тульским Епархиальным Ведомостям.
15-го Ноября 1878 года № 22.

Николаевская церковь в г.Веневе.

 

Описание храма.

Николаевская церковь, по грандиозности своей архитектуры, безспорно занимающая самое видное место не только между другими церквами города, но и, кажется, всей губернии, служащая как бы мерою боголюбиваго усердия жителей, основанием своим относится к самому началу текущего столетия. Дело по устройству описываемой церкви, вместо бывшей также Николаевской, как значится в архиве консистории, началось в 1800 году. Бывший в то время церковный староста веневский купец Яков Максимов Бородин, будучи уполномочен приговором прихожан, в прошении к преосвящ. Мефодию, от 26 октября 1800 г., между прочим писал так: «приходские люди, а так же доброхотные вкладчики, усмотрев, что в приходской церкви Николая Чудотворца с приделом Пророка Илии, как в стенах, так и в иконостасе начинают оказыватся некоторые ветхости, и оныя время от времени умножаяся, могут угрожать церкви опасностию и разрушением, почему с общего нашего согласия просим Ваше Преосвященство благоволите посреди красной площади, яко на месте удобном, построить новую каменную церковь в то же именование и с приделом так же Пророка Илии, с прибавлением втораго еще придела во имя Преподобнаго Феодосия Тотемскаго Чудотворца. По построении же новой церкви, старую сломав, материал употребить на построение колокольни, в знак чего и благоволите Ваше Преосвященство пожаловать храмозданную грамоту; имеющуюся же около старой церкви каменную ограду благоволите ныне же сломать и употребить на постройку новой церкви». Об отводе места на красной площади под постройку храма Бородин в тоже время ходатайствовал у бывшаго тульскаго губернатора действ. Стат. Советника и кавалера Николая Даниловича, коим и предписано было губернскому архитектору Сокольникову составить специальный план. А как из плана было видно, что на той площади были некоторыя строения, коих оказалось числом пять и числе которых, по сказанию старожилов, одно строение было занято харчевней, тот оныя все строения церковным старостою были куплены, почему губернское правление, не нашедши препятствия к постройке новаго храма, по утверждении плана, и дало о сем знать. Консистория, изложив по сему предмету свое мнение, между прочим, постановила: прежде нежели церковь в построении свое начало возметь, чтобы священно-церковно-служителям близ той церкви, для построения домов, была отведена усадебная земля и законным образом была утверждена. Мнение консистории было утверждено резолюциею Преосвящ. Мефодия, который «обложить церковь благословил консистористу Преображенскому протоиерею Георгию Васильеву», о чем и состоялся, от 25 января 1801 года, консисторский указ.
Скоро и легко последовало разрешение постройки новой церкви, но далеко не так было быстро исполнение. Составленный план новаго храма оказался совершенно не по силам прихожан и заставил прибегнуть к внешней благотворительности доброхотных дателей не только в г. Веневе, но в отдаленной Москве, куда неоднократно и отправлялись по сбору церк. Староста Бородин и настоятель церкви протоиерей Феодор Полюбин. Незабвенную, в сем случае, услугу оказал бывший прихожанин оной церкви Коломенской слободы крестьянин Матфей Филатов Ярцев, сделавшийся в последствии, в Москве именитым купцом и капиталистом. При весьма значительном личном его пожертвовании, а также при его живом участии и усердном содействии, из Столицы постоянно лились крупными суммами пожертвования. Достойно ценя богатыя приношения помянутого благотворителя Ярцева, а также его усердное содействие, прихожане пожелали увековечить его имя, почему, вместо предполагавшегося придела во имя Феодосия Тотемскаго Чудотворца, испросили соизволение устроить придел во имя св. ап. и евангелиста Матфея – Патрона благотворителя; предел же Феодосия предположено устроить на первом этаже колокольни, приспособив для сего и довольно удобное место, но излишнее предположение и осталось до сего дня одним только предположением.
Описываемая Николаевская церковь, зданием своим занимает в длину 33 сажени; именно: колокольня с галереею до трапезы на 33 аршинах и поддерживается 24 столбами; трапеза до настоящей церкви на 27 арш.; настоящая до алтаря на 16 аршин, а самый алтарь с солеею на 23 аршинах. Предание есть , что такое громадное здание основано на каменной плите, оказавшейся при рытии бута, благодаря чему, прочность церкви через три четверти века остается совершенно неизменною. Столь большое здание церкви , при том что в значительном числе украшенное огромными колоннами, фризами, суфридами, карнизами и фронтонами отличной работы, созидаемое одною лишь благотворительностью, понятно и не могло быстро подвигаться в постройке. Прежде всего были отстроены пределы, которые и были освящены 1817 г. января 27 28 чисел Симеоном епископом тульским; настоящая же церковь была освящена уже в 1843 году 19 августа епископом Домаскиным.
Отстроенная и законченная колокольня при сильном западном ветре во время бывшаго в 1834 году в городе пожара, опусташившаго значительную часть города, сильно пострадала тем, что на ней выгорели почти все ея деревянные части, как – то лестница и шпиц. Оторванныя порывистым ветром со шпиля тесины вместе с огнем уносились в подгородния слободы, от коковой огненной лавы сгорело, так называемая, Стрелецкая слобода.Около 25 лет колокольня стояла без шпица и креста, изображая собою как бы вавилонскую башню, и только в 1860 г. церковный староста М. П Гладушев ,вместе с другими благотворителями привел колокольню в настоящий великолепный вид, устроив при этом на колокольне еще 4 – ый этаж и шпиц весь железный, обитый белою жестью. Колокольня по своей архитектуре, а также своей вышине вполне гармонирует с величием храма. На ней повешено шесть колоколов, из них в большом колоколе весу 308 пудов и 24 фунт. * ( *На большом колоколе, вылитом в 1834 году, надпись такова: усердием и старанием Михаила Бородина, Григория Евдокимова и Ивана Костолындина веневских купцов), а во всех около 530 пудов. Мы сделали бы большой пробел в описании наружности храма, если бы не упомянули о величественной кругом церкви ограде. Она, отстоя от храма в некоторых местах до 12 арш., устроена из одного белаго камня и достигает с левой стороны храма, в вышину до 6 арш., на каковой стене поставлены круглые белаго камня столбы для решетки. Концами своими ограда упирается в часовню, из коих одна служит приютом для караульщиков. Оба последния здания обставлены каждая по углам 12 колоннами из белого камня. Усердию храмоздателей и столь щедрой затрате белого камня способствовала благоприятная местность г. Венева, обилующая строительным материалом. Неподалеку от города раскинуты обширные каменоломни, дающия отличный белый камень, так называемый веневский цоколь, которым в изобилии удовлетворяются потребности даже отделенных городов, как — то: Ельца, Воронежа, Тамбова и друг. Посетители города Венева из тех отдаленных местностей, поражаясь сстоль щедрою затратою белаго камня, не даром говорят, что материала белаго камня оградой Николаевской церкви, проданнаго по цене в тех местностях существующей, почти достаточно бы было для построения скромннаго сельскаго храма.
На сколько привлекательна своими грандиозными размерами и архитектурой наружность Николаевской церкви, на столько же поражает внимательнаго посетителя и приводит в умиление ея внутренность. Правда, внутренность не особенно богата драгоценными украшениями; она не блестит особенно ни золотом, ни серебром, тем не менее благолепное расположение храма и искусное зодчество заставляют забыть отсутствие такого блеска. Внутри стены, как в настоящей, так и в приделах, а также и в алтарях по карниз, отполированы под мрамор, своды же украшены живописью. Так как в трапезной справой – южной стороны предел посвящен имени пророка Ильи, то и в росписании свода этой части все изображения взяты св. истории в. завета; с левой же сторонывсе изображения напоминают историю новаго завета, так как придел посвящен св. ап. и ев. Матфея. Трапезная церковь с правой и левой сторон освящается 8 окнами, вышиною 5 аршин, кроме того так называемыми италианскими.

Иконостас настоящей церкви, возвышающийся до самого купола, как с наружи, так и изнутри алтаря, украшен живописными изображениями. Весь иконостас искусно отделн вполне безупречной резьбою, до селе еще не позлащенною. Настоящая обильно освящается множеством больших окон как в основных стенах, так и в осьмигранных. Вся церковь как бы залита светом и принимает всегда вид праздничный, не оставляя буквально не одного свящ. изображения в тени. Не даром даже столичные посетители храма, восторгаясь его величием, всегда выносили и выносят отсюда умиленное впечатление, причем с грустию выражали свое сожаление о том, что церковь находится не в Столице, где, в окончательном своем благоустройстве, она достигла бы редкого и [даже] там великолепия.

Прибавления к Тульским Епархиальным Ведомостям
№ 23 (продолжение) 1878 г.
Николаевская церковь в городе Веневе.
Св. Иконы
Особо богатых икон в ризах в иконостасе настоящей церкви, за исключением местной храмовой иконы Св. и Чуд. Николая, как мы сказали выше, нет; так же нет в ризах икон и в других иконостасах, кроме местных икон Спасителя и Успения Богоматери в иконостасе Пророка Ильи, весу в обоих ризах около 20 фунтов.
В проход, ведущем из трапезной церкви в настоящую, по обе стороны, так же сооружены хорошей столярной работы иконостасы.
Как на особо дорогия, украшенныя серебряными ризами иконы, можно указать на образ Сошествия Христа во ад, находящийся в настоящей церкви за правым клиросом вышиною в 1.5 арш. И шириною более 1 арш., весу в вызолоченной серебряной ризе примерно около 10 фунтов, и образ Николая Чудотворца, стоящий за левым клиросом, мерою в квадрате 1.25 арш. И весу в ризе 10 фунт. 78 зол. В трапезной церкви икона Скорбящей Божьей Матери, серебряно-вызолоченной, мерою в квадрате 1 ¼ арш. и весу в ризе 6 фунт. 2 зол.; Успение Бож. Матери на гробнице в серебряно-вызолоченной ризе, весом 12 ф. 84 зол., и икона Св. Чуд. Николая, весу в ризе 9 ф. 22 зол. В церкви имеется также достаточно жертвованных разными благотворителями на помин души, домашния иконы малаго размера, из них некоторыя все в серебряных ризах, некоторыя с серебряным только венцом, а некоторыя обложены серебром только по полям. Как на особо чтимые иконы, можно указать на иконы, жертвованныя с Св. горы Афонской: образ Богоматери, именуемой в Скорби и печали утешение; образ Богоматери, именуемой Отрада или Утешение, и образ св. великомученика и целителя Пантелеимона.

Св. Евангелия, Сосуды и Кресты:

Николаевская церковь, неособенно богатая драгоценностями на иконах, в значительном количестве снабжена серебром в других церковных принадлежностях. При церкви имеется 6 евангелий, включая в то число и 2 малых в 1/8 д. листа, которыя все более или менее обложены серебром. В более других ценном евангелии совсем с книгой весу 33 фунт.
Священных сосудов со всеми к ним принадлежностями, серебряных и при том большею частею вызолоченных при церкви имеется 6; в них во всех весу около 31 фунта. А так как самая церковь основанием относится к началу текущаго столетия, то и церковные принадлежности и богатства принадлежат текущему столетию, за исключением одного сосуда, который с 1789 года.
Ковчегов серебряных-вызолоченных 3, в них во всех весу 17 фунт. 41 золотник. Дароносиц серебряных тоже 3; из них одна большая, на ножках, наподобие ковчега, во всех весу 4 ф. 75 зол.
Напрестольных крестов в церкви серебряных и притом вызолоченных(*) 5, весу в них около 7 фунт. (* На одном самом ценном кресте плоть И. Хр. Особо литая; кругом в один ряд он обнизан мелким жемчугом; на нем надпись: вкладу дал в церковь Николая Чудотворца г. Венева, села Мильшина священник о. Иоаким Матвеев. 1816 года.
Кадил серебряных, из коих одно вызолоченное, 5; в них во всех весу более 7 фунтов. Сверх сего имеется достаточное количество серебряных лампадок для возжжения елея, трехсвечник, употребляемый на Св. Пасху и большая тарелка для подавания просфор, весу в ней 1 ф. 14 зол., а со всеми лампадками и трехсвечником около 3 фунтов.

Священныя одежды:

Одеждами для престолов, воздухами для Св. Даров, священническими и диаконскими облачениями Николаевская церковь особо богата. Последних по описи значится да 35 пар. Правда, облачения не особенно раскошны и ценны; но судя по приходской церкви, находящейся в одном из незначительных уездных городов губернии и в приходе, далеко не обилующем избытками средств, явление подобнаго усердия прихожан, составляет одно из фактических доказательств их ревности и любви к благолепию своего храма.

Библиотека церковная.

Библиотека далеко не по церкви. Кроме обыкновенных двух кругов службы и других богослужебных книг, а также бесед Св. Василия Великаго и Иоанна Златоустаго и других некоторых книг, до 1860 года при церкви ничего другого почти не имелось. Только с начала шестидесятых годов и до настоящего времени библиотека церковная значительно пополняется разного рада переодическими изданиями духовнаго содержания. Теперь в библиотеке можно встретить за несколько годов и Хр. Чтение, и Труды Киевской Академии, и Руководство для сельских пастырей, и Православное Обозрение, и Домашнюю Беседу, и Современность и, наконец Церковный Вестник.

Настоятели церкви.

До 1849 г., когда в кладбищенской церкви служба отправлялась по очереди причтами всех церквей города, при Николаевской церкви состояло 3 штата. Сведения о настоятелях церкви имеются с 1780 г. К сожалению в настоящем случае мы должны сделать только один почти перечень или ограничиться самыми скудными биографическими данными. Сведения о настоятелях нами извлечены частию из метрических книг, а частию из клировых ведомостей. В метрических книгах за 1780 год по листам читаем подпись одного иерея Петра Ильина. За 1784 год читаем подпись двух священников, названного выше Ильина и иерея Иоанна Максимова. За 1787 год, кроме помянутых священников является подпись третьяго священника Михаила Яковлева, 2 диаконов: Герасима Феодорова и Ивана Иванова, и 6 – ти причетников. За 1796 год в подписи книг священно – церковнослужителями встречаем следующие имена:1 священник Филипп Прокопиев, 2 – Феодор Полюбин и 3 – Симеон Михайлов с 2 диаконами и 6 причетниками. В 1803 году священник Филипп Прокопиев, с званием протоиерея переведен в соборную того же города Воскресенскую церковь, где в том же году и скончался *. ( *Смотри Тул. Епарх, Вед. 1873 года, № 20). Вместо его является подпись священника Козьмы Николаева, а с 1814 года на место умершаго Козьмы Николаева, уже подписался священник Андрей Протопопов, сын Филиппа Прокопиева, бывшаго в последствии соборнаго протоиерея.
Из настоятелей незабвенную услугу в устроении вновь Николаевской церкви оказал протоиерей Феодор Петрович Полюбин. Любимый особенно своею паствою и вообще всеми горожанами, на которых имел весьма сильное влияние , он был и советникам благомыслящим, и руководителем просвященным, и сотрудником неутомимым для храмостроителя до самого конца построения храма, за что при освящении в 1817 году пределов возведен был в сан протоиерея. Протоиерей Полюбин занимал разныя почетныя должности, много лет был благочинным и в 1835 году в феврале месяце на 67 году от рождения своего умер, оставив по себе безсмертную память.
Протоиерей Андрей Филиппович Протопопов, по окончании курса семинарии, преосвящ. Авросием в 1814 году рукоположен во священника; был духовником, а потом благочинным; в 1844 году был награжден скуфьею и в 1846 году на 55 году от рождения умер 24 декабря. Замечательно то, что число это было как бы роковое для отца с сыном; протоиерей Филипп Прокопиев так же умер 24 декабря *. (*смотри там же).
Протоиерей Ал. Ив. Божанов служил при Николаевскойцеркви с 1843 по 1848 год. По увольнении из Тульского духовного училища, преосвящ. Авросием в 1818 году определен был веневскаго уезда в село Исаково в понаморя. В 1824 году по своему желанию поступил в военную службу в гренадерский генералиссимуса князя Суворова полк. В 1827 г. 15 марта епископом Дамаскиным рукоположен во диакона в крепость Динаминд т того же года 5 ноября архиепископом рязанским Филаретом рукоположен во священника в 4 морской полк. В 1833 году 9 сентября поступил в пехотный Принца Карла Прусского полка. В1834 г. 8 апреля переведен в Варшавскую Александровскую цитадель, откуда 1839 г. 7 сентября переведен в Гусарский Эрц – Герцога Фердинапда полк. В 1826 году 30 сентября во время коронования Его Величества получил в награду 100 руб. ассигн.; 1833 1 апреля, за усердную службу и труды, понесенные им в бывшую против польских неприятелей компанию , Всемилостивейше награжден скуфьею; 1839 г. 22 апреля за благонравное поведение и ревностное прохождение своей должности Всемилостивейше награжден камилавкой, а 1843 г. 234 июля за отлично усердную службу пожалован наперстным крестом. Сверх сего имел знак отличия польского ордена 4 степени за военныя достоинства и серебряную медаль в воспоминание покорения города Варшавы 1831 г. 25 26 августа. В 1843 г. 23 октября епископом Дамаскиным определен был в г. Венев к Николаевской церкви, а от сюда в 1848 г. перемещен в г.Каширу, где через несколько лет и скончался. С перемещением в г. Каширу протоиерея Божанова, при Николаевской церкви закрылся навсегда и третий штат.
Священник Ник. Феод. Полюбин, сын протоиерея Полюбина, по окончании курса в тул. Семинарии, 1830 г. 1 августа епископом Дамаскиным рукоположен во священника алексинскаго уезда в село Гатницы. В 1835 году 8 мая, за смертию родителя, свящ. Полюбин переведен в Венев к Николаевской церкви. Священник Полюбин проходил разныя должности, был наконец благочинным, имел скуфью и 1857 г. 2 марта на 50 году от рождения своего скончался, оставив по себе сиротствующее семейство *( *После смерти Полюбина остались 2 сына и 4 дочери), провидением Божьим ныне устроеное.
Свячщенник Филипп Андреевич Протопопов, сын протоиерея оной церкви, по окончании курса в семинарии, в 1848 году епископом Домаскиным рукоположен во священника на родительское место; проходил должности депутата и увещателя, ныне благочинный и цензор. В 1865 г. состоя земским гласным, был избран на трехлетие председателем училищного совета, и по званию гласнаго, обще с лицами других сословий, имел счастие представляться Государю для поднесения адреса по случаю спасения драгоценной жизни, в 1866 г. Всемилостивейше награжден камилавкой и за выслугу лет по должности благочинного награжден орденом 3 степени Анны.
Священник Арсений Ив. Каменский, сын диакона одоевского уезда села Скобочева. По окончании курса в семинарии, с аттестатом 1-го разряда, в 1858 г. 30 января епископом Алексием рукоположен во священника. С 1861 г. состоит законоучителем приходских мужских и женских училищ; с 1868 г. от М. Н. состоит членом училищнаго совета. В 1869 г. окружным съездом депутатов духовенства по делам веневского духовного училища, был избран членом правления духовного училища, в 1875 г. Всемилостивейше награжден камилавкой.

Прибавления к Тульским Епархиальным Ведомостям
№ 24 (продолжение) 1878г.

Николаевская церковь в городе Веневе.

Церковные старосты и благотворители.

Из числа церковных старост своим усердием, заботливостью и любовью к храму особое внимание, по всей справедливости, обращает на себя, как сказано выше, веневский купец Яков Максимович Бородин, который исходатайствовал и самое разрешение построения описываемого храма и, положивши основание ему, неустанно с небольшими средствами созидал, украшал и совершенствовал почти около 40 лет своей ктиторской жизни. Будучи хорошим знатоком церковного устава и любителем пения, Яков Максимович, постоянно участвовал и в клиросном чтении и пении и , наконец в 1834 г. на всеночном бдении допевая последнюю церковную песнь « Взбранной Воеводе» скончался в церкви.
По смерти Яков Максимовича преемственно его место занял родной брат его Михаил Максимович Бородин, который той же церкви Божией в звании церковного старосты послужил 12 лет. Вообще дом купцов Бородиных заслуживает особой памяти в деле устроения храма, и потомство с благословением вспоминает о них. Говоря о церковных старостах дома Бородиных, мы сделали бы большое упущение, если бы прошли молчанием о третьем их родном брате Николае Максимовиче Бородине, который хотя по своему смирению и отказывался принять на себя звание церковного старосты, тем не менее, приметаясь в дому Божием около 60 лет, привнес в Него и значительную свою жертву и более чем полвека своей жизни. Будучи во всю свою жизнь девственником, и будучи всею своею душою предан церкви Божией, отрок Николай Максимович в построении храма принимал самое горячее участие. Не смотря на то, что дом Бородиных по тогдашнему времени, по своему состоянию, средствам и положению, занимал в городе самое видное место, Николай Максимович при построении храма не пренебрегал никаким делом; он вместе с рабочими носил кирпичи, песок и другие строительные материалы. Вменяя в ничто богатство тленное, он добровольно уступил свою богатую часть наследства на храм и всю почти свою жизнь, иногда даже целые дни, проводил в церкви, занимаясь благоустройством и храма и ризницы и прочей церковной утвари; только летом отлучался на богомолье по разным святым местам. Пребывая почти неотлучно всю свою жизнь в храме, старец Николай Максимович и по смерти не хотел отлучаться от храма, почему не задолго пред смертию в приезд архипастыря Алексия, сам лично, как великую милость, испросил у него себе место упокоения в ограде, где он и положен.
Купец Егор Иванович Галкин, прослуживши церкви около 6 лет, своим зрелым умом и своею распорядительностью привнес храму так же значительную долю благоустройства, хотя многое им задуманное и начатое не успело при его жизни совершиться.
Купец Максим Петрович Гладушев, в течении десятилетней своей службы церкви, оставил по себе вполне благодарную память потомства. Он по своему положению и средствам был как бы исполнителем и совершителем планов и предначертаний своего предшественника. Особенную и самую крупную заслугу церкви он оказал тем, как сказано нами было выше, что после пожара, уничтожившаго на колокольне шпиль, он Гладушев, с значительной затратой своей собственности, вновь устроил шпиль весь железный, предварительно надстроивши 4 – ый этаж колокольни, чем и привел наружность колокольни в привлекательный вид.
Купец Василий Петрович Гладушев, родной брат М.П. Гладушева, преемственно за сметию брата, принял должность, которую проходил только одно трехлетие, и далеко не шел по стопам своего брата в приношениях на пользу церкви, хотя, по семейному положению, имел к тому и полную возможность, и богатые средства.
Купец Н.В. Киреев, избранный в 1868 г. с честию и до ныне проходит должность церковного старосты.Десятилетнее служение его церкви далеко не осталось безследным. Правда Кирееву не предстояло надобности в новой какой либо постройке, но по исправлению ветхости церквей Николаевской и приписной к ней Покровской делались капитальныя ремонтировки.Он возобновил предельные иконостасы, перестлал во всей церкви полы, переменил значительное число ветхих, громадной величины оконных рам, и многое сделано другое.

Обезпечение причта.

В пользу причта Николаевской церкви имеется составившийся в разное время из вкладов жертвователей на вечныя времена капитал, заключающийся в билетах непрерывнаго дохода из 4%, на сумму серебр. 3318 руб., и билет веневскаго городского общественнаго банка в пользу церкви и причта на капитал в 4000 руб., из 7 %, с каковаго капитала 0.5 % поступает в пользу причта. Других доходных статей для обеспечения причта не имеется. При Николаевской церкви с давних времен нет ни пашенной, ни луговой, ни даже усадебной земли, как о сем писал еще в 1799 году Соборной церкви протоиерей Ф. Прокопиев; хотя, в последствии, за церковью и числилось 11 усадебных мест, но в 1866 году по владению усадебной землею, никакими актами, вероятно, не укрепленною, возникло с городскою думаю спорное дело*. (*Смотр. Т. Еп. Вед. 1874 г. №12)
Консистория указом, от 8 октября того 1866 года, за № 8157, предписала каждому причту церквей города Венева отдельно просить об отводе усадебной земли, но дело это и до сего времени остается спорным и неоконченным.
Прихожане.

Как было велико число приходских дворов и душ Николаевской церкви, первое сведение об этом мы находим в деле консисторского архива за 1801 год. В указе тульской консистории за сей год, от 25 января читаем так: по учиненной при бывом в 1784 году священно-церковнослужительском распределении, в ведомости показано, что при Николаевской церкви приходских дворов имеется 319; а по духовной росписи за 1800 год показано мужского пола 1000 душ; каковок количество душ с весьма незначительным приращением остается и до ныне, так как состав приходских душ за 1788 годимеется из 1139 душ мужского пола. Весьма незначительное приращение количества душ прихода, не смотря, благодарение Богу, на небытность особых случаев эпидемической смертности, ничем другим нельзя объяснить, как следствием того, что приход Николаевской церкви, заключая в себе около 2/3 душ горожан, которые, не имея возможности в месте родины зарабатывать себе пропитание, целыми, иногда, семействами идут в другия более благодатные места, где и остаются на жительстве.
По количеству смертных случаев, особенно замечательны, так называемые , холерные годы 1848 и 1871. В эпоху эпидемии 1848 года умерло обоего пола 134; в 1871 году смертных случаев эпидемии было гораздо менее, в сем году обоего пола умерло 101, включая в то число умерших и от других болезней.
К приходу Николаевской церкви, кроме горожан с незапамятных времен принадлежат: Коломнская слобода казенных крестьян и временно обязанные крестьяне гг. Солнцевых деревень Залом и Курмышек, а так же крестьяне деревни Кузьминки, бывшие гг. Сумбулова, Барыкова и Мааслова.

Церкви приписныя.

При Николаевской церкви стоят две приписные церкви: 1-я Покровская и 2-я Богоявленская с отдельным при ней теплым приделом во имя казанской Божьей Матери.
1) Покровская церковь, именовавшаяся прежде Николаевской, с приделом в ней во имя Пророка Ильи, отстроена, как значится из надписи на камне, усердием дома веневских купцов Гладушевых, в 1737 году. Когда прихожане ходотайствовали о разрешении постройки новой церкви, то старая церковь, как в 1800 году писал церковный староста Бородин, за ветхостью, предполагалась к сломке, с целию материал употребить на вновь строющуюся колокольню. Сомнения нет, что строители руководствовались другими соображениями при постройке новой церкви, и всего менее ветхостию старой церкви, так как старая церковь, при весьма незначительном ремонте, стенами прочно устояла и доныне и служение в приделе одной церкви, в зимнее время, отправлялось и отправляется безостановочно. Настоящая же оной церкви, за неимением иконостаса, действительно, около 40 лет, находилась в запустении, пока не явилась мощная рука одного из потомков строителей этого храма. В 12862 году церковный староста купец М.П. Гладушев соорудил в нас тоящей этого храма иконостас, устроил потолок, приспособив все для зимнего служения; почему, по благословению высокопреосв. Архиепископа Никандра 23 декабряместным Соборной церкви протоиереем И. В. Глаголевым во имя Покрова Пресвятой Богородицы, настоящая старой церкви, бывшей Николаевской, и освящена. Ныне, просвещенною заботливостью и старанием старосты Н.В. Киреева, Покровская церковь приведена в окончательное благоустройство и для зимняго служения составляет одну из лучших теплых церквей города.
2) Богоявленская церковь когда и кем построена, неизвестно. К Николаевской церкви, она приписана как к ближайшей, по упразднению бывшаго мужскаго монастыря, как пишется акт в клировой ведомости, других же актов никаких не сохранилось. В недавнее время были такие старожилы, которые запомнили около церкви совершенно ветхия стоящия небольшия здания, напоминающия собою монастырские келлия, а так же совершенно старый остов св. ворот для монастыря.
Описываемая церковь, как и колокольня при ней, архитектуры древней, холодная, почему и богослужение в ней совершается только в летнее время в воскресение и в праздничные дни, а так же когда заблагоразсудят священники. Заметно очень, что монастырь был бедный, так как богатства в церкви весьма мало, хотя некоторые предметы церковной утвари, по древности, имеют за собою интерес.Есть в св. Евангелие ветхое 1685 года, «печатается при великих Государех и Князех Иоанне Петре Алексеевичех и патриархе Кир Иоакиме» , с подписью внизу старинным почерком: « во граде Веневе в Богаявленский монастырь вкладу дан серебряный Крест с св. мощами, надписанными на нем*. (*Святыя Мощи: Андрея Первозванного, Ап. Тита, Даннила Пророка, архидиакона Стефана, Георгия Страстотерптца, Николая Чудотворца, Иоанна Предтечи, Иоанна Златоустого, Иоанна Домаскина, Ефрема Сирина и риза Александра Свирскаго, Михаила Малеина, Анастасия Перскаго, Саввы Сторожевскаго, Феодора Стратилага, Евстафия, Плакиды, Пимена, Лукиана и муч. Меркурия). Крест заметно очень древний с витой рукояткою также серебряною, при том вызолоченною, как и сам крест. Иконостас в четыре яруса с изображением пророков и апостолов и завершается распятием Господа 1. Христа. Особо дороихикон, за исключением местных икон Богоявления Господня и Скорбящей Божьей Матери, которые в серебрянных ризах, нет. Как на особо чтимую, не только жителями города, но и окрестными жителями, можно указать на древнюю резную икону Спасителя, сидящего в темнице. Предание гласит, что икона сия прежде находилась в часовне, на так называемой Казанской улице; за упразднением же часовни в том месте, икона сия поставлена в Богоявленский монастырь., а самая часовня, по всей вероятности , перенесена на городскую, хлебную площадь, вследствие изменившагося плана города. Ныне, ветхая деревянная та часовня, в память избавления драгоценной жизни Государя от руки злодея, усердием одного знаменитаго веневскаго купца В.И. Маркова * (* В. И, Марков своею благотворительностью во многих случаях заявил себя заслуживающим особую память потомства. Смотр. Епарх. Тул. Вед. 1873 год, № 19), в более обширном и изящном виде в 1876 году заменене каменною. В Богоявленской церкви сохранилась ветхая книга, именуемая Триод постная без начала и конца, на ней внизу есть так же древняго почерка подпись: « Богоявленскаго Монастыря», при том нумерация по листам не в верху, а в низу, каковых листов 367. Другие предметы церковной утвари большею частию прошлого столетия. В 1875 году веневский купец Брелинев в пользу церкви оставил капитал в 500 рублей серебром навечныя времена из 7 %, хранящийся в веневском городском общественном банке.
Казанская церковь, своим объемом и архитектурой, похожая более на часовню, построена, как видно из надписи на плите, заделанной в стену, в 1775 году, по обещанию двух веневских купцов Боровкова и Бородина.Казанская церковь, составляет так сказать, теплый, только отдельный, предел Богоявленской церкви для зимнего богослужения, почему церковная утварь, большею частью переносилась в нее из Богоявленской. Храмаздатели , созидая сию церковь, не принимали в соображение никаких других расчетов, кроме данных ими объектов; она, как излишняя, во время квартирования в городе разных полков, постоянно занималась церковью полковою. Ныне внутренность Казанской церкви обветшало, почему и служба вней давно прекращена, хотя внешность ее поддерживается в благопристойном виде.
В заключение, мы не можем не сказать, что число храмов при Николаевском приходе, как и число храмов вообще в городе Веневе, далеко превышает как действительную потребность, так и средства в правильной ремонтировке. При всем живом усердии жителей, они далеко не в силах без сторонней, благотворительной помощи, поддерживать церкви в подобающем величии, приличествующем дому Божию; ибо в городе, заключающем в себе немного более 4000 жителей, живущих большею частию вне города, зарабатывая себе пропитание, со включением домовой больничной церкви, находятся 9 храмов. Правда, усердию храмоздателей много способствовало обилие строительного материала, так как в 8 верстах от города залегла обширная засека, а по преданию, в старину и весь город находился в засеке; в окрестностях же города находятся обширныя
Каменоломни, тем не менее, построение более чем потребного количества храмов и заботливое поддержание их жителями замкнутого города, не имеющаго в себе ни фабрик, ни проездных транспортных дорог, ни других каких либо крупных торговых оборотов и выгод, невольно заставляют случайнаго посетителя остановить свое глубокое внимание и удивляться боголюбивому обществу жителей города, столь щедро уделяющих свои лепты на поддержание и украшение столь значительного числа храмов.

Св. Ар. Каменский.

Вторник, 25 июля 2006 00:00

Введенская церковь

Прибавления к Тульским Епархиальным Ведомостям

15-го июня 1874 года. №12

Церковь Введения во храм Пресвятыя Богородицы в Г. Веневе.

 

Г. Венев, один из незначительных в губернии, богат числом храмов Божиих. В нем 9 церквей: три приходских, четыре приписных, кладбищенская и домовая при земской больнице; и некоторыя из них своими грандиозными размерами невольно останавливают внимание случайнаго посетителя города.

 

Усердию храмоздателей много способствовало обилие строительнаго материала. Недалеко от города верстах в восьми залегла обширная засека, а в старину и весь он сидел в засеке; окрестности его, как и он сам, расположены на песчано — глинистом грунте, так что глина и песок, в местах их добывания отдаются с торгов и составляют одну из статей городскаго дохода; отсюда множество кирпичных заводов. А в деревне Семенках находятся обширныя каменоломни, ссужающия обширным белым камнем (веневский цоколь) все не только окружные города и главным образом Тулу, но и Елец, Лебедянь и другие. Но эти многовечныя сооружения большею частию случайных храмоздателей своим числом, а иногда и размерами, — мы разумеем в последнем случае Николаевскую церковь, — превышают и потребности прихожан и их средства к правильной ремонтировке церковных зданий. Некоторыя из церквей заросли снаружи мхом, а по трещинам сорными травами; другия на половину лишились орнаментов, и своими самородными нишами, образовавшихся от выпавших кирпичей как бы призывают внимание новаго случайнаго благотворителя для своего обновления. – Николаевская колокольня, лишившаяся верхнего этажа и шпица во время общаго городскаго пожара в 1834 году, лет двадцать стояла без креста, представляя собою некоторое подобие вавилонской башни, пока один мощный прихожанин не возобновил ее с некоторыми впрочем отступлениями от первоначального плана. – Казанская церковь, самая меньшая и своим объемом напоминающая часовню, построена, как видно из надписи на плите, заделанной в стену, по обещанию двух купцов Боровкова и Бородина. Храмоздатели, созидая ее, не принимали в расчет никаких других соображений, кроме данных ими обетов, и она пришла в упадок оттого, что была излишня; в настоящее время и богослужение в ней прекращено. С благочестивым усердием к размножению св. храмов, далеко превышающему действительную потребность, не редко, конечно, соединялось и тщеславие богатаго храмоздателя.

 

Не такова церковь Введения во храм Пресвятыя Богородицы, построенная около ста лет тому назад обществом прихожан и других жертвователей. В клировых ведомостях пишется, что она окончена постройкою четвертого октября 1776 года, а из храмозданной видно, что перед тем существовала здесь деревянная церковь того же имени, которая за ветхостию была разобрана. Шагах в пяти от нынешняго храма в пределах проэктированной ограды поставлен каменный столб и на нем крест в память освящавшей это место святыни алтаря. Все церковное строение в длину занимает 22 сажени 2 ¼ арш., стены толщены чрезмерной – до двух аршин; вся церковь сложена необыкновенно прочно, за исключением только разве тех частей, где употреблено дерево, таковы помости на колокольне, перила и лестницы. Крест на церкви четвероконечный; от него к чешуйчатой главе спущены цепи. Ниже главы фонарь с четырмя окнами; далее огромный купол, довольно смело поставленный на четырехугольник, продолглватом по линии от запада к востоку; олтарь полукруглый; вся церковь освящается 33 окнами. Колокольня в три яруса. В очертаниях всего здания церкви и колокольни господствует прямая линия; нет никаких изгибов, кроме прямых же углов, окна и двери почти без украшений, колонны без капителей, целое здание вообще не представляет стройной соразмерности частей. По этим признакам, характер здания не следует относить к какому либо стилю, например к вазантийскому, разве только к чисто русскому, выработанному не нашими русскими архитекторами, а нашими свободными каменщиками прошлаго столетия, когда еще не стеснял и не руководил их никакой технический надзор.

 

Кругом церкви разбросаны вросшие в землю надгробные камни без всякого признака надписей, следы упразденнаго приходсскаго кладбища. – Шесть колоколов на колокольне в общей сложности составляют 239п. 18 ф. Большой колокол вылит 1820 года декабря 6-го; весом 178 пуд. 18 ф.; в нем сказывают много серебра в следствие обычая бросать в расплавленную массу пред наливанием ея в форму серебрянныя вещи как – то ложки, кольца, серги и проч. На колоколе читаем: «Вылит сей колокол к церкви Введения Божией Матери с приделом ея святых мученик Флора и Лавра при священнике Феодоре Егоровиче, при старосте купце Филиппе Михайлове Зуеве и при купце Иване Феодоровиче Зуеве же при помощи доброхотных дателей и проч.» Об этих лицах будет случай поговорить ниже.

Описываемая церковь заключает под своею кровлею собственно три храма: Главный во имя Введения в храм Пресвятыя Богородицы; придельные: на северной стороне – св. мучеников Флора и Лавра, на южной – свю великомученицы Екатерины. Первые два существуют издревле; последний устроен двадцать лет тому назад. Антиминс в пределе Флора и Лавра освящен в 1778 году преосвящ. Феодосием епископом коломенским и каширским; прочие антиминсы – в недавнее время преосвящ. Дмитрием. Утварью церковь бедна; но иконостас главного храма, в вышину 12 сажен без одного аршина, резной, сверху до низу вызолоченный, великолепен. Он устроен в 4 яруса: в первом изображены, кроме местных икон, двунадесятые праздники, во втором апостолы, в третьем пророки, в четвертом праотцы: вверху распятие. В числе икон, замечательных по богатству украшений, в ризах и венцах , можно указать на следующия: в настоящей 1) местныя иконы Спасителя и Ввеедния во храм Пресвятой Богородицы. В 1828 году на эти иконы, согласно воле неизвестного жертвователя сделаны сребро – кованныя ризы, ценою в тысячу рублей асс. Каждая. 2) Иоанна Предтечи, в 1833 году так же одетая в богатую серебрянную ризу; деньши на этот предмет, тысяча рублей, так же пожертвованы неизвестным. 3) Иоанна Богослова. В приделе Флора и Лавра, кроме храмовой и других местных икон, замечательна икона Успения Божией Матери тем, что написана и украшена серебрянною ризою за 740 рублей асс. Вложенных в 1830 году неизвестно кем, в церковную кружку. – В последствии ризы на поименованных здесь икон вызолочены и украшены камнями. В Екатериненском приделе иконостас резной так же сверху до низу вызолоченный , но иконы в нем без окладов, впрочем написаны настолько удовлетворительно, что нет никакой нужды прикрывать их ризами. Здесь всего только 9 икон, за написание которых заплачено мастерам 340 р. сер. Позолота иконостаса стоила 700 р. сер. Придел главным образом сооружен на средства Д. А, Янькова, много лет служившаго в Веневе земским исправником, и его супруги Екатерины Андреевны. Живое участие в устройстве придела принимали и некоторые другие прихожане и особенно церковный староста; а из шнуровой книги, выданной из консистории для сбора пожертвований, видно, что на устройство его собрано было в продолжении двух лет 1188 руб. сер. Екатериненский придел освящен 1845 года ноября 24 преосв. Дмитрием.

 

Как на древния и особенно чтимыя, можно указать на следующие две иконы: 1) Божией Матери Троемученницы, в приходе из траипезной церкви в настоящую, и 2) резное изображение Николая Чудотворца в приделе Флора и Лавра в стенной нише. Святитель Николай изображен держащим в правой руке меч а в левой церковь. Народное придание приписывает этой иконе чудотворную силу, особенно проявившуюся во дни посещения гнева Божия – в эпидемию 1831 года. В это – то время, когда каждое утро освещало длинную процессию гробов, а каждая ночь вместо тихаго сна вносила в семейства плач и стоны, один благочестивый прихожанин, Ивн Феодорович Зуев, увидел во сне самаго угодника Божиего, но ни в святительской одежде, а в виде простаго человека. При этом святитель 9 сначала не узнаваемый) сказал ( так говорит предание) : « у вас есть заступник; молитесь ему, что бы он помог вам» Иван Феодорович рассказал об этом видении своим приходским священникам Петру Ивановичу Опекулеву и Петру Феодоровичу Веневскому. Стали молебствовать Николаю Чудотворцу, и, говорят, чем усиленнее были эти общеприходския молитвы, чем теснее сближалась толпа около образа святителя, тем заметнее стала ослабевать эпидемия. Тогда стали возить икону по окрестным селам и деревням, пока местный благочинный протоиерей Ив. Ив. Пылаев не приказал поставить ее на место. Другая половина предания отзывается уже человеческим суемудрием: протоиерей Пылаев вследствие своего распоряжения поставить икону будто бы лишился употребления ног. Но во первых, в поступке его нет ничего похожего на святотатство. Напротив, уступив народному требованию, хотя бы внушенному горячею верою, т.е. дозволив хождение с иконою вне пределов города по селам и деревням он не имел никакого права. Во вторых, самое обстоятельство его болезни фактически неверно: протоиерей заболел спустя некоторое время и владел ногами до тех пор, пока общее разслабление, вследствие скорбута, не уложило его в постель, а потом и в могилу, в 1838 году. Но что всего хуже (в рассказе о болезни Пылаева) – это нечестивое покушение толковать волю Божию соответственно своим вкусам, призывать кару Божию за грех несуществующий и видеть ее там, где может быть особенно, хотя и сокровенно, проявилась Его благость. – Уже после 1831 г. сделана на икону сребро — позлащенная риза, а в 1857 г. приобретен для нея серебрянный подсвечник о трех лампадах, стоящий 120р.

 

Продолжая о древностях можно указать на три Евангелия: 1) в полдести, изд. 1688 года; 2) в полдести же, 1744 года; 3) в десть на александрийской бумаге , превосходной печати, по тяжеловесности ( вместе с сребро — позлащенным окладом более пуда) не употребляется.

Богослужебные книги, — из старых, все принадлежат екатерининскому времени. В числе указов есть один 1721 года, касающийся народной переписи первой и подписанный так: «города Веневы соборной Воскресенской церкви протопоп Стефан»* .(* Из этой подписи открывается, что веневский собор изстари именовался «Воскресенским».

Копии с метрических книг с 180 года. Исповедныя росписи с 1798 года за исключением нескольких недостающих годов. Приходнорасходные книги с 1805 года. Опись церковного имущества есть за 1800 год, есть и позднейшая клировыя ведомости с 1834 года. Сохранились так же две ревизских сказки пятой и девятой народных переписей. Все эти документы и послужили главным образом при составлении этой статьи.

Церковь внутри была расписываема не один раз. Так в 1826 году употреблено на этот предмет 420 рублей из 700 рублей в асс., пожертвованных неизвестным. Живопись, покрывающая ныне купол, стены и потолки церкви, хороша и назидательна. К числу особенно удачных можно отнести священную картину изображающую благословение детей.

Сколько эта живопись приятна для взора и способна воспроизводить в душе представляемыя ею события, столько же простое, но стройное, ныне радует слух. Здешний хор составляется из учеников духовнаго училища и любителей чиновников. Ежегодный выпуск учеников отнимает у него лучшие голоса, и убыль их часто пополняется новичками. Не смотря на то, обучаемый и управляемый опытным регентом хор не перестает привлекать в церковь и посторонних прихожан.

При церкви земли усадебной 46 квад. Саж. Издавна числится она за церковью; но в 1866 году по владению ее возникло спорное дело с городскою думою, которое еще не окончено. – Пахатной и сенокосной земли 130 десятин; отдается в арендное содержание; плата за нее простирается до 535 р. в год, которыми пользуется причт.

Церковные доходы в 1805 году были следующие: от продажи свеч выручено 205 р. 10 коп.; в кошелек собрано 107р. 43 коп. асс.; с остаточными с 1804 года церковная сумма простиралась до 1059 р. 73 коп. Израсходовано на текущия потребности церкви 145 р. 59 коп.К 1806 году оставалась 914 р. 14 коп. В 1873 году поступило от кошельковаго сбора 239 р. 68 коп., чистой свечной прибыли 80 рублей, от продажи венчиков и разр. Листов 5 р. 34 коп. Итого 325 р. 2 коп. С остатачным от 1872 г. церковная сумма простиралась до 386 р. 32 коп. В течении 1873 года израсходовано: на разныя потребности церкви 210 руб. 48 коп.; на содержание духовно – учебных заведений 80 руб., вся венчиковая прибыль 5 р. 34 коп. употреблена на вспоможение ученикам духовнаго училища; на мелочныя издержки 28 руб. 30 коп., всего 324 р. 12 коп. К 1874 году оставалось 62 руб. 20 коп. Пожертвовано на разные посторонние предметы 6 р. 92 коп. именно: на вспоможение вдовам и сиротам духовенства 2 р. 60 коп., в пользу православных церквей и школ западнаго края 58 коп., на возстановление православия на Кавказе 81 коп. На распространение христианства между язычниками империи 85 коп., в пользу церкви гроба Господня 1 р. 10 коп., на улучшение быта православных поклонников в Палестине 98 коп.

 

Домовая церковь при земской больнице во имя «Всех скорбящих Радости» находится в заведывании настоятеля Введенской церкви.

Прибавления к Тульским Епархиальным Ведомостям

1-го июля 1874 года. №13

Церковь Введения во храм Пресвятыя Богородицы в Городе Веневе.

(продолжение).

С 1807 года до половины 1814 года ко Введенской церкви приписана Спасо – преображенская церковь* (* В статье о веневском соборе допущена ошибка относительно времени, в которое Спасо – преображенская церковь была приписана к собору. Она приписана к нему не в 1807 году, а в 1814 году) с августа 1872 года к ней причислена была подгородняя свиридовская, также введенская церковь, которая с ноября 1873 года снова сделана самостоятельною.

Число приходских душ в старые годы было гораздо значительнее, нежели в настоящее время. Так в 1809 году было обоего пола 1602 д., в 1815 1641, в 1825 « при 205 дворах» 1756, в 1834 году 206 дворов и 1881 д. По документам 1873 года приход ныне состоит на два штата из 178 дворов при 580 д. муж. Пола и 635 ж. пола, всего 1212 д. Из этого числа одна треть принадлежит городскому состоянию и две трети государственным крестьянам, в старину пашенным солдатам, населяющим подгороднюю слободу Озеренцы.

Смертность самая большая обнаруживалась, конечно, в эпоху эпидемий и других народных бедствий; к последним должно отнести и голод. Но пожар 1834 года, едва коснувшийся прихожан Введенской церкви, не оставил никаких следов в статье об умерших, число смертных случаев в 1834 и 1835 годах даже сравнительно меньше, нежели в предшествовавший и последовавший годы. В 1831 году из общего числа умерших 100 человек, от холеры по церковным документам умерло только 4 человека. Нисколько не опровергая предания о чудесном заступничестве Святого Николая Чудотворца, скажем, что число жертв эпидемии было гораздо значительнее показаннаго в метрике. Признаки новой, неслыханной болезни в то время еще не успели выяснить на практике, и к числу умерших от холеры без всякаго сомнения должно отнести и тех, которые записаны умершими от боли живота, от судорог и проч. — В 1848 году из 76 всех умерших, собственно от холеры умерло 29 чел. Голод был таким же бедствием для недостаточных прихожан, как холера для всех: в 1840 году в метриках записано 78 смертных случаев, — двумя больше против холернаго 1848 года; а в 1841 году 97 почти столько же, сколько в церковную холеру. Но в следующие урожайные годы смертность вдруг упала на половину: в 1842 году умерло 42 человека, а в 1843 году 41 человек. В 1871 году из 65 всех умерших, от одной холеры умерло 48 человек.

 

Замечательно, что все эпидемии как то холерная, оспенная, тифозная и проч. Начинались обыкновенно в Озеренцах. Говорят, что причина тому кроется в несоблюдении санитарных условий относительно уборки павших животных, вывоза нечистот и проч.

Из числа замечательных случаев долголетия в метриках мы заметили только один: 1861 года, октября 28 умерла одна временно – обязанная крестьянка 102 лет. – Приведем другой случай, но самаго неутешительнаго своиства: 1856 года ноября 5 умерла мещанская девица (Ксения Ивановна Зуева) 77 лет, о которой в метриках в графе «от чего умерла» написано: « от старости без призора», а в графе « кто исповедовал и причащал» помечено: « по безприютной жизни и по внезапной смерти не была исповедана и Св. Таин не сообщена».Спрашивается, неужели во всем городе не оказалось ни одного человека, который послужил умирающей при таинстве смерти? – Никто не видал, как в последний раз затворились двери ея хижины, и исповедь ея слышал только один Бог ! А между тем в городе существует хороший обычай напутстввовать панихидой каждаго умершаго нищаго, или считавшегося за дурачка, юродиваго, т т. п. В этом случае погребальная процессия тянется до еладбища часа полтора, а то и два; труды же причта, за совершение обряда, хотя и косвенным образом, вознаграждаются весьма щедро. Неужели тот, кто признает в умершем нищем своего собрата, отказал бы ему в помощи в последние дни его жизни, — помощи необходимой для него, не столько для питания полуразрушеннаго тела, сколько для приличнаго приготовления к вечности? Нет, но кто же знал, где и при каких обстоятельствах он умирал? Шла мимо погребальная процессия, справились, кого Бог прибрал, и дело милосердия ограничилась панихидой. Один этот обычай уже указывает на возможность открытия в городе приходских попечительств. Но их нет, кроме соборной церкви. Неудачная попытка в этом роде сделана в 1868 году свящ. А. ( См. Т. Е. В. 1869 года, № 5) ; впрочем нет никакого значения, что св. А. успел бы в своем предприятии, если бы спустя несколько месяцев не был перемещен на другое место

В приходе есть училище для казенных крестьян, существующее с 1844 года. В нем до 40 мальчиков и 10 девочек. Обучает настоятель церкви.

В числе купеческих фамилий с первых страниц документов прошлого столетия встречаются Шаталовы, Зуевы, Бубновы, Чистиковы, Боровковы. По отношению к Введенской церкви особенно примечательны: 1) Шаталовы – прадед, дед, отец и сын: первый Алексей Иванович участвовал в сооружении церкви (скончался в1803 году на 73 году от рождения); второй Андрей Алексеевич служил церковным старостой в продолжении 16,5 лет ( скончался в 1846 году 76-ти лет от рождения); третий Николай Андреевич был правою рукою отца по делам церкви; но выбранный после него, через год, был застигнут тяжкою болезнию и едва дослужил первый выбор (скончался в 1855 году):; четвертый Константин Николаевич управляет церковным хозяйством с 1856 г. и по настоящее время. 2) Зуевы: Иван Феодорович ( о нем упомянуто выше; сконч 81 – го года, в 1836 г.) ; сын его Николай Иванович, служивший в продолжении 7-ми лет церковным старостой и окончивший службу вместе с жизнью на 53 –м году (1853 г.) ; Филипп Михайлович, бывший так же старостою один выбор ( сконч. 75 – ти лет, 1845 года). В документах записано одно, сделанное им пожертвование: 500 р. асс. – на украшение храма. В числе крупных жертвователей упоминается так же и Алексей Феодорович Зуев.

О церковных старостах до 1818 года в документах нет и помину. Но с этого года мы имеем полный их перечень, который и приводим в последовательном порядке их службы: 1818-1822 купец Филипп Михайлович Зуев.

1822-1824 купец Басилий Иванович Бубнов

1824-1827 Озеренский пашенный солдат Василий Михайлович Сломенцов.

1827-1830 сын его Емельян Васильев.

1830-1846 купец Андрей Ал. Шаталов.

1846-1853 купец Николай Иванович Зуев.

1853-1856 купец Николай Андреевич Шаталов.

1856-1874 купец Константин Николаевич Шаталов.

Пожертвования в пользу церкви не оскудевали и во все время ея существования, что видно и из описей церковнаго имущества. Так, например, к 1825 году крайне обветшала церковная деревянная кровля: явился жертвователь, вложивший в церковный ящик 1000 р. асс., и трапезная церковь покрыта железом. В 1836 году проезжий купец, некто Олимпий Циплаков пожертвовал хоругви. В 1852 году от неизвестного прислано из Москвы богатое Евангелие. В 1863 году вдова колл. асс. Оболенская завещала в пользу церкви 285 р. В 1866 году московский купец Василий Иванович Титов прислал на нужды церкви 250 р. В 1867 году подано от неизвестнаго 180 р. и проч. Приходорасходные книги с 1856 года свидетельствуют так же об огромных сборах, сбережениях и личных пожертвованиях нынешняго церковнаго старосты. Многоценный иконостас, им реставрированный и вызолоченный, приводит в удивление каждого посетителя церкви. В нынешнем году будет приступлено к устройству ограды. Многие пожертвователи скрыли свои имена, другия в документах опущены, или забыты. Но обо всех помнит и никого не забывает в своих молитвах церковь.

Следуя за документами, мы находим, что до 1782 года ( а от какого времени неизвестно) при Введенской церкви было два священника; с 1782 по 1797 годы при ней находился только один священник; с 1797 по 1812 годы снова два. С 1812 по 1819 годы при церкви было три штата; В 1819 году третий штат уничтожен и с тех пор до настоящего времени при церкви остаются два штаба без перемены: два священника, один диакон и ( в настоящее время) три причетника. Причт ( за исключением одного священника), живет в собственных домах; земля, на которой построены эти домы частию крепостная, частию оспориваемая городской думою у церкви. Кроме обыкновенных доходов земли причт пользуется процентами с капитала 765 р., ссоставившегося в разное время из вкладов жертвователей. Доходы священника по свидетельству С.А.*(* Т. Е. В. 1869 № 3) никогда не доходят до 400 рублей, обыкновенно они колеблются между 300 и 350р. В 1871 г. прихожане , имея в виду особенные заслуги нынешняго настоятеля, назначили ему 200 р. ежегоднаго вспоможения.

Священно – служители Введенской церкви занимали свои места , как водилось прежде, большебю частию преемственно. Сведения о них, но очень краткия, мы имеем с 1780 года, то есть почти со времени основания нынешняго храма.

Священники.

Георгий Стефанович. Служил в этом звании , как видно из метрик, уже в 1780 году; но в 1782 имя его из документов исчезает. Из ревизской сказки Введенской церкви (1795 года) видно, что он послан был на искусь в серпуховский Высоцкий монастырь, где и умер в 1788 году; в том же году умерла и жена его; а дочь девица 28 лет в 1784 году поступила в московский девичий Алексеевский монастырь; сын его в последствии так же был священником при Введенской церкви.

Петр Гаврилович до 1782 года служил одновременно с Георгием Стефановичем, а потом один; в 1797 году вышел заштат, уступив место сыну и имея отроду 48 лет, стал писаться « престарелым». В Дух. Росписях имя его встречается последнй раз в 1804 году. В 1797 г. к Введенской церкви постуили два священника , — дети предшествовавших: Прокопий Птрович, обучавшийся в коломенской семинарии, но, кажется, не окончивший в ней курса; служил при церкви до 1819 года, а потом куда то переведен. Феодор Егорович ( сын Георгия Стефановича) из окончивших курс в коломенской семинарии; в 1783 году рукоположен в диакона, а с 1791 года служил в этом звании при Введенской церкви; в 1797 году рукоположен во священника; в 1823 году вышел защтат, передав место сыну. Скончался 1826 года , имея 67 лет от рождения.

Лука Иванович до 1782 года дьячек, а с этого года священник. В 1807 году со всем штатом Спасо – Преображенской церкви, в котором служил и сын его пономарь Василий Лукин, переведен к Введенской. Скончался 1811 года, имея 50 лет отроду.

Матвей Семенович Архангельский. В 1812 году поступил в третьяго священника к Введенской церкви, а в 1819 году переведен в село Архангельское, близ Тулы. Обвиненный в важном преступлении ( в произнесении непристойных слов относительно особы Государя) был подвергнут тюремному заключению и не вполне оправданный отсюда он был послан с запрещением священослужения в Новосильский Свято – Духов монастырь. Из Свято –0 Духова монастыря его перевели в суздальскую Спасо – Евфимиевскую обитель, а потом в новый Иерусалим. Здесь он заслужил прощение, но пожелал остаться в монашестве и умер в сане иеромонаха под именем Мелхиседека.

Петр Феодорович 1823 году рукоположен во священника на место отца своего. С 1843 г. по 1846 г. проходил должность наставника в озеренском училище, занимал так же некоторыя другия должности. Сконч. 49 лет, в 1846 году.

Петр Иванович Спекулев. Окончил курс в семинарии до разделения учащихся на разряды. С 1808 года служил священником в селе Тургеневе чернскаго уезда. 1819 г. переведен к Введенской церкви. В чернском уезде три года был благочинным.

Василий Иванович Аболенский. В 1848 году окончил курс в семинарии и рукоположен во священника в село Плоское новосильского уезда. В 1864 году по экзамену удостоен степени студента. В продолжении 6 лет нес должности депутата и три года наблюдателя народных школ. В 1868 году переведен к веневской Введенской церкви. При однородности своего педагогическаго и писатеьскаго таланта, он был достойным преемником покойнаго Одинцовскаго, но к сожалению, в начале 1869 года он переведен был на священническое место при тульском девичьем монастыре.

Георгий Андреевич Генерозов (нынешний настоятель церкви) родной брат покойнаго Ивана Андреевича. По окончании курса в семинарии 1854 года рукоположен во священника к Введенской церкви. С 1825 года, за исключением шести лет, занимает должность наставника в озеренском училище; был гласным в земском собрании и в тоже время членом ревизионнаго комитета при духовном училище членом уезднаго училищнаго совета. С 1871 года определен священником и при больничной церкви. В 1871 году перемещен в Тулу к Донской церкви, при которой находился только шесть месяцев и по усиленным просьбам введенских прихожан снова влзвращен к Введенской церкви.

Петр Андреевич Воскресенский. В 1853 году был рукоположен в городе Новосиль к соборной успенской церкви; заием последовательно служил в городах Кашире, Ефремове, в 1869 году перемещен в Венев к Введенской церкви, где и поныны. Во всех местах своего служения деятельно преподавал слово Божие как в храме, так и в школах, — городских, сельских и воинских; близ Новосиля в деревне Михалевой сам основал школу; был членом каширскаго училищнаго совета и разных местных комитетеов. Некоторое время состоял при веневской больнице. В холерную эпидемию 1871 года проявил особенную ревность в исполнении пастырских обязанностей, и эти труды не оставлены без награды.

Диаконы: Симеон Феодорович служил в этом сане до 1783 года, а в этом году вышел заштат. Умер в 48 лет, в 1785 году. Феодор Егорович, в последствии священник. Никита Иванович. Служил при Введенской церкви пономарем с 1872 года, в 1796 произв. В диакона. Сконч. В 1815 году имея 63 года Тимофей Васильевич переведен от Спасо – Преображенской церкви вместе с свящ. Лукою Ивановичем в 1807 году. Служил при Введенской церкви до 1819 года. Михаил Стефанович Чулковский. Из низшаго от семинарии, рукоположен в 1817 году, умер 1858 году на 63 году. Алексей Иванович Введенский из средн. Отд. Семинарии, поступил на место М. С. Чулковскаго в 1858 году.

Из причетников особенно замечателен по долголетней службе Алексей Матвеевич Юдин. 1800 г. он определен при указе дьячком к веневской соборной церкви, 1804 г. преосвящ. Амвросием посвящен в стихарь, а в 1807 г. переведен к Введенской церкви. В 1858 г. уволен заштат после 57 летней службы. До 1773 года он потоянно жодил во храм, в котором служил более полувека и по усердию исполнял обязанности причетника. В настоящее время он живет на содержании у сына, священника.

Известия императорскаго археологическаго общества

ВЕНЕВ МОНАСТЫРЬ

и

КНЯЖИЯ ВОРОТА.

Д. Г. Гедеонова.
____

По тракту из Тулы на Рязань, верстах в 32 от первой стоит каменная церковь Венева монастыря, — единственный остаток упраздненной обители Св. Николая Чудотворца на Вении, а верстах в 10 отсюда на северозапад, близ д. Звойки указывают прокоп сквозь земляные насыпи и рвы, слывущий под названием Грабоновских или Княжих ворот. Оба этих памятника времен стародавних, стоили бы археологическаго осмотра уже потому, что святыня Венева монастыря доселе служит предметом особаго богомолья и благоговейнаго уважения на далекое расстояние, а городки и ворота возбуждают страх и толки у суевернаго простолюдья.
Предание гласит, что основание монастыря современно принесению в г. Зарайск иконы св. Николая священником Евстафием, который, будтобы, в Вении имел с иконою продолжительную стоянку; еслиж верить другому преданию, то основание обители восходит ко временам водворения Христианства в этом краю. Название Вении, Венева, Венёва, Веневки реки и деревни произошло, будто, от стариннаго слова: Вень-береза, из которой доныне приготовляют венки и веники, эти наследственныя принадлежности игрищ и бани. Несомненно, что в начале XV столетияздешняя обитель была в особом уважении московскаго князя за благочестие иноков и просвещенную ревность к пользам земли русской. Вот что записано в Степной книге (гл. 26) «Бысть в лето российскаго державства благовернаго вел. кн. Василия Дмитриевича, сына Дмитрия Иоанновича Донскаго; во граде Смоленске господствовал тогда Юрий Святославич. Сей великий кнзь смоленский, видя настроение братий своих и междуусобныя брани, оставил княжение свое и ушел в Рязань к тестю своему, Олегу Ивановичу рязанскому. В отсутствие его Витивт, в. к. литовский, пленил Смоленск, и супругу его с детьми повелел отвезть в Литву. Услышав злоключение града, жены и детей своих, в горести души предался на служение в. к. московскому Василию Дмитриевичу, который сделал его наместником града Торжка: но преблагий Бог вложил в ум сего мужа праведнаго оставить тщету мира сего, и взыскать место для спасения души его, Веневская пустынь в земле Рязанской на речке Осетре, — монастырь св. чудотворца Николая были ему тихим пристанищем, где вселился он при игумене Петре. Здесь, в скорби души и непрестанном сетовании о грехах своих прожив один год, впал в недуг телесный, и мадо поболев, приставися о Господе в лето от сотворения мира 6917-е, а по рождестве Христове 1498-е месяце Сентемврия в 14 день».
Через сто шестьдесят два года политика Грознаго здесь же указала вечный покой опальному архиепископу новгородскому Пимену, скончавшемуся, как известно, 25 сентября 1571 года (см. Церк. Иерарх. стр. 77).
Церковь Венева монастыря каменная, в два этажа; нижняя во имя чудотв. Николая, освящена в 1698 году; верхняя в честь Успения Пресвятые Богородицы в 1701 году, по благословению патриарха Андриана.
По уцелевшему буту с правой стороны заметно, что монастырь в свое время окружен был прочною каменною стеною. Церковь устроена на подобие высокой равносторонней башни, с небольшим полукругом для алтаря; в верхнем этаже окна против клиросов, не в симметрию с двумя прочими, а выше. Колокольня пристроена к северозападному углу и, составляя нижним ярусом паперть для всхода в верхнюю церковь, соединяется с северными и западными дверьми двумя просторными галереями. Колокольня сведена шатром, а церковь покрыта железом, очевидно, в недавнее время; фонарь глухой, глава походит на луковицу. Своды в церкви опираются на одном столбе, в котором сделана нишь для стоянья настоятелю. Под папертью выходы, род усыпальниц, в третьем этаже колокольни настоятельская келья, под западной галереей келья затворника; между северной галереею и настоящей церковью в стене открыта в 1820 году пустота, по догадкам, служившая кладовою для монастырских драгоценностей.
К примечательным старинным предметам церкви относятся: 1)храмовая икона Успения Пресвятые Богородицы, прекрасной живописи, со следующею надписью: «Лета 7103 (1695), февраля в 10 представися раб божий священник Порфирий оной церкви», а надругой стороне: «сия икона поставлена бысть по Антиповском священнике Порфирие». 2) икона чудотв. Николая о которой в писцовой книге 1627 года сказано: «в церкви у Николы Чудотворца в киоте на окладе венец чеканной серебряной, позолочен и облажен финифтью, да на нем две гривны чеканныя, да деньга золотая, да копейка серебрена, позолочена»; 3) трех-главая дарохранительница; 4) серебряный, напрестольный крест с следующею, отчетливою надписью: «7184 (1676) год, генваря в 10 день сей крест построил в дом великаго чудотворца Николая в Венев монастырь, тоежь обители келарь, старец Филарет Чернев, да казначей старец Вассиан, да соборный староста Сосипатр с братиею из прикладных крестов и денег. Крест этот с выбитою плотию Христа Спасителя, и с мощами разных святых»; 5) схимонашеская власяница, с изображеним святых, и посох, — дар преподобнаго Сергия Игумену Петру; 6) Архимандричья шапка из темномалиноваго бархата; 7) Апостол 1620 года с многоречивым послесловием, из котораго видно, что об исправлении книг помышляли еще до Никона; 8) два напрестольных Евангелия: одно, печатанное в 1636 году, во Львове по благословению Петра Могилы, а другое печатанное в Москве 29 августа 1657 года по благословения Патриарха Никона: первое дар Бутурлиных; 9) две надгробные плиты, похожия на гробовыя крышки, из светлосераго, полированнаго гранита.
Об этом монастыре в челобитной 1739 года Анне Иоанновне от Архимандрида Пахомия было писано: 1677 году по указу великаго государя и великаго князя Федора Алексеевича в тульском уезде Веневский монастырь со всеми вотчинами, с селы и деревнями и всяким строением приписан к дому святейшаго патриарха Иоакима вместо Астраханскаго Спасскаго монастыря. В 1700 году Венев был зависим от рязанскаго митрополита, а потом, как видно по надписи на колоколе подмонастырскаго села Хивок, от дома св. Синода. По причислении в ведомство коломенской епархии, назначен к уничтожению в 1764 году, но действительно обращен в приходскую церковь неранее 1782 года, отчего некоторые старики в этих местах припоминают монастырскую службу и обряды.
К этой обители приписано было 2388 крестьян и вся земля, окружаемая рекой Веневкою.
Перейдем теперь к Княжим Воротам. Северозападная часть тульской губернии окаймлена лесами, получившими название засек, по направлению которых в свое время было немало проезжих ворот. Нам известны: Малиновы, Орловы, Святыя или Золотыя: тем не менее ворота Княжие стоят внимания как по тому, что запирали важный путь сообщения Москвы с юговостоком, так и по сохранившимся вблизи оборонительным сооружениям и наконец по разным толкам старожилов. С одной стороны леса представляли неудобства для проезда, а с другой опасность от татарских и литовских наездников заставляла держаться как можно ближе к притонам сторожевой рати. Насыпные курганы в семиверстном растоянии и известные под названием миль или древних путевых мер*. (* — мили эти уцелели от д. Анишиной до Торхова на дороге из Венева в Тулу) указывают на давность сообщения рязанскотульскою почтовою дорогою. Равным образом тракт с юговостока вверх по Дону, принимающий к Москве название Каширки* (от гор. Каширы), был важнейшим торговым путем. Только этою дорогою шли во внутреннюю Россию шелки шемахинские, жемчуги бурмицкие и т. п. товары равно как монеты восточнаго чекана. Небезопасность пути в придонских степях и затруднение проезда по лесам, быть может, послужили поводом к основанию ворот для сбора пошлин с торговых людей прежде всяких враждебных отношений к соседям. К этому конечно времени относится миф о двенадцати богатырях, похороненных у Свиридовских ключей в семи курганах* (*у Свиридовских 12 ключей 24 июня бывает гулянье, а часовне местно почитается икона Иоанна Предтечи). Гораздо позже ворота эти получили военное назначение, а с падением Рязани — название Княжих.
Чтобы не говорить без основания, осмотрим окрестныя насыпи и укрепления по указанию преданий и истории.
Начиная от впадения Сухаго Осетрика в Веневку, тянутся по направлению на северозапад валы в три ряда. Окопы эти с правой стороны защищены устьем речек: Осетрика и Веневки, впадающей в Осетр, а с левой, как полагать можно, внутренней, — Устьинским городищем. Укрепление это составляет четыреугольник и окопано рвами, с насыпными валами и площадками для орудий. Последния устроены так, что при нападении врагов на укрепление орудия могут действовать продольными по рвам выстрелами. Идучи по направлению валов за Осетр, и перейдя реку, саженях в 150 по среднему валу устроен городок на подобие лодки (острые концы по валу) с искривленными сторонами для тех же, как и у описанных площадок, стратегических целей. Внутренняя сторона валов имеет уступ, известный у военных инженеров под названием валганга. Саженей через сто еще городок, но четырехсторонний (углы по валу), еще через 100 лодка, еще через 100 четырехугольник. Затем снова вал и ворота. Далее ворот открытое поле, в свое время бывшее, конечно, под непроходимыми лесами, остатком которых сохранился – Исаковский острог.
Передовым притоном сторожевой рати молва указывает Заломский курган, на возвышенной местности. Здесь, по рассказам ратника, имея в готовности шест с соломою, зажигали его в случае тревоги. Дряхлые старики, женщины и дети бежали в глубь лесов, воеводы ближних городков стягивали свои силы к воротам. И дорого они продавали вход в ворота. Торговые люди дали им название Грабороновских, а храбрые наезники оставили по себе память могильными курганами* (*могильных курганов у самых ворот четыре, да два в Исаковских дачах у топкаго колодезя).
Но еслибы у ворот нельзя было удержать напора неприятелей, то в тылу, на разстоянии шести верст стояли более грозныя крепости: Гурьевская, Махринская и Аринина, с новыми силами и средствами отражения.
Гурьевская крепость расположена на высоком полуострове, образовавшемся от поворота реки Осетра у д. Пилюгиной или Гурьевой. Передний фас, заметно, отынен был деревянным частоколом, два задних вала, на разстоянии 50 сажен друг от друга, полукругом защищают укрепление, упирая концами в отвесный берег реки. Межевые акты и предание свидетельствуют, что вблизи Гурьевскаго городка было три церкви: а) в честь архистратига Михаила, б) Иоанна Богослова и в) гробовая или кладбищенская, — приметы городскаго быта.
Махринская крепость стоит выше по той же реке версты три, при впадении в Осетр Веркуши, на остром углу, образовавшемся при соединении поименованных рек. Лицевая сторона была, как и в Гурьевской, защищена деревянным частоколом. Место это считают арсеналом оружия и военных снарядов, но по преданиям простаго народа, здесь скрывался Кудеяр от гнева грознаго царя, а в последствии, во внутренних подземельях городка, от преследований раздраженной соседки Арины, русской амазонки и колдуньи, за то, что он не взял ее в замужество. До неприятностей они жили в тесной связи панками. Кудеяр имел церковь, содержал пикеты, промышлял грабежом. Арина, жившая в версте от него, на левой Веркуше в особом укреплении, была ему верною союзницей, и, при своей силе физической и волшебной, оказывала чудеса храбрости: несмотря на это Кудеяр бежал на Кавказ от царского гнева, не менее как и от навязчивой соседки, и так поспешно, что не успел захватить награбленных сокровищ. Арина, в безутешной горести, как Калипсо, кончила жизнь трагической смертью, оставив свое имя Аринину городищу и Аринину броду через Осетр. С Кавказа Кудеяр писал письмо к своему брату, следующаго содержания: Братец, в нижних подземельных воротах, ты знаешь мои подвалы и кругом городка ход, где три года я скрывался от Арины, и там мою комнату, в которой вся церковная утварь сохраняется. Возьми ее. А где была моя мастерская, там сохраняется и золото, и серебро, и где была моя кухня, и тут золото и серебро в котлах. Во вторых воротах, что вверху городка, закопан камень с сечею. Отступив пять аршин в городок зарыт кошель с деньгами». При разрытии городка, вследствие этого письма, дошли до сводов, на которых набросаны были разныя металлическия вещи домашняго обихода: топоры, ножи и т. п.; сбереглись даже птичьи перья. О кладе не говорят.
Предположение о военном назначении городка подтверждается находимою вблизи д. Долбиловки кузнечною изгарью, ржавым железом и бляхами с дырочками, — признак кузниц.
Далее в глуши лесов находились каширския укрепления: Колтовское, Стародубское, Тешиловское, Котажель, Городеньское, Четырское, мешавшие не только нападению, но и отражению врагов. При неудачном нападении крымскаго хана Давлет Гирея на Рязань в 1522 году, князья сказали ему: «аще хощеши срам свой покрытии, есть у великаго князя град Тула на поле, а от Коломны за великими крепостьми и лесы, и ты учинишь тому, что и в Литве Бряславлю»* (*276 прим. к VIII тому Ист. Карамзина).
Город Венев, как полевой форт, не мог иметь особенной важности в общей системе описанных укреплений: но основание его в дачах и, по приданиям, на счет Венева монастыря придает ему особое значение. Не скроем, что города подобнаго происхождения ничем не разнились от караульных хуторов на монастырских дачах.ю Веневская крепость и в последствии состояла из деревянного острога с осыпью, заключавшею внутри не более четырех десятин земли* (* по ведомости генеральнаго межевания): за всем тем старожилы с горячностью заверяют, что дедам их не раз доводилось отсиживаться за этими укреплениями от Татар и Литвы. Но дело не в городе, а в намерении с каким он основан. Со времен Калиты три предмета били главными для политики московских государей, равно как и для всех друзей единодержавия: надлежало разорвать, или по меньшей мере облегчить цепи, возложенныя Монголами на Россию; удержать стремления Литвы на русскую землю; усилить московское княжение присоединением к нему независимых уделов. После Куликовской битвы цепи потеряли несколько звеньев, и привратникам оставалось лишь держать ворота на запоре; против храбраго Литвина Витовта обитель могла выставить Юрия, равно как и против новаго вероломства Рязани; в падении уделов, как видно из водворения Пимена, обитель принимала больше участия, чем все прочие монастыри. Известно, что Пимен был постриженик и вкладчик кирилло-белозерскаго монастыря. Всего ближе заключить бы его там, где и сам Грозный был вкладчиком. Много говорить в пользу патриотическаго стремления обители к единодержавию и то, что Сергий, друг Донскаго не по пути заехал, а митрополит Пимен по пути не заехал в Венев монастырь* (* Митрополит Пимен ехал из Москвы на Рязань, а от туда к верховьям Дона, где и спустился на стругах). После сего понятно, почему в договоре литовскаго князя Александра с московским великим князем Иоанном Васильевичем сказано: «не вступатися в Олексин, и в Тешилов, и в Рославль и в Венев* (* 396 прим. к VI Т. Истор. Карамзина), равно как и то, зачем внук Донскаго Василий Васильевич прикупил этот городок к своей отчине* (* Собр. грам и дог. Т. I стр 281).
Летописи не записали ни одной по близости ворот или обители, но в приданиях много воспоминаний о татарских и литовских погромах. Близ села Грыбовки и в Лихих Артебах у Гремячева показывают окопы, где были татарские притоны: в последнем месте лежит камень, на котором какая-то надпись. В Глебкове сохранился рассказ о татарском набеге, не причинившем разорения. Жители извещенные об опасности во-время, успели припрятать свое и церковное имущество, а сами разбежаться. Однако церковные колокола и доселе подозреваются в трясине. По предания Гремячевских старожилов о загонщиках, и Литовцев не следует исключать из грабителей их города. Пленная женщина томясь в неволе у этих варваров, бежала, по ея словам, все на восток и наконец пришла на родное пепелище. Нападения на укрепление Княжих ворот с тылу отмечены Андреевскими 12 курганами, насыпанными в честь убитых защитников: «10 июля 1422 года приходили татарове, ордынские казаки, в головах Темешем зовут, и с ним 120 казаков в Алексин, на волость Вашань и, пограбив, поидоша назад* (* Ист. Кар. Т VI стр.100). Замечательно, что ближния к воротам селения сделались впоследствии вотчиною фамилии Темешовых, считающих своим родоначальником татарскаго князька. Примеры вербовки подобных удальцов для защиты здешних укреплений в свежей памяти. На Аннинском городке жил Татарин Зенбулат, в Толстовском Курбат Бородавка; в Серебряных Прудах князья Черкасские, на звойских городках Мурза Звой.
Ныне Веневская обитель — казенное село Богоявленское, а ворота – забытое урочище, которому самый опасный враг – соха.

Воскресенье, 01 октября 2006 00:00

Борщевое, Захарова,Ильин

Успено-Иверский женский монастырь с. Борщевое Веневского Уезда.

В 1862 г. на средства помещицы Елизаветы Павловны Хрипковой в сс. Борщевое устроен каменный однопрестольный храм в честь Воздвижения Честного и животворящего Креста Господня, при котором образовалась женская община, приписанная к Серпуховскому Владычному Монастырю. Под церковью с западной стороны устроен семейный склеп Хрипковых.
В 1892 году « в память чудесного спасения августейшей семьи 1888 года» община получила самостоятельность. Определением св. Синода18/98 года она преобразована в самостоятельный монастырь под названием — Успенско- Иверский.
Второй храм – соборный двухэтажный в честь Иверской иконы Божьей Матери заложен 2 сентября 1896 года при первой настоятельнице монахине Апполинарии. Строился 20 лет на пожертвования благотворителей и на средства, собираемые игуменией Флазианой и монастырскими сестрами. В верхнем этаже два престола: главный, в честь иконы Иверской Божьей Матери, в приделах в честь успения Божьей Матери и светителя Феодосия Черниговского. В нижнем этаже три придела: В честь иконы Скоропослушницы Божьей Матери, святителя и чудотворца Николая и Великомученника и целителя Пантелеймона. Собор освящен 10 сентября 1913 года.
Храм отапливался центральным водяным отоплением. Внутри окрашен краскою, без росписи. В нижнем этаже с северной стороны похоронена первя настоятельница и основательница Иверского Храма монахиня Апполинария. Отдельно от храма построена деревянная колокольня, в которой помещалось 4 колокола.
Монастырь ликвидирован по постановлению Тульского губисполкома № 82 от 7 сентября 1921 года.
ГАТО. Л.М. Захарова.

Ведомость о церкви Воздвижения Честнаго Животворящего Креста Господня при Иверском женском общежительном монастыре Веневского уезда за 1901 год:
1. Вышеозначенная церковь построена в 1862 году трудами и тщанием помещицы сельца Борщевого девицы из дворян Елизаветой Павловной Хрипковой.
2. Здание каменное с такой же колокольней, крепкое, крыто железом.
3. Престолов в ней один во имя Воздвижения Креста Господня.
4. Утварь достаточна.
5. при сей церкви положено быть одному священнику.
6. Дом для священника выстроен отдельно. Деревянный.
7. На содержание священника получаются % со следующих билетов: билета 4% в 5000 р. за № 2018, 100 р. за № 26560. 100 р. за №22557 ,100 р. за № 92832. 3.5% билеты в 75 р.за № 3703, 100 р. за № 11331, 500 р. за №11839, 100 р. за №12220, 300 р. за №3338, квитанция на 100 р. за № 3223; сверх сего получаются проценты пополам с монастырем с квитанциею на 3000 р за № 3221. Все эти билеты и квитанции хранятся в Тульском Отделении Государственного Банка. Еще дается братиею монастыря зернового хлеба: ржи 10 четвертей, овса 10 четвертей и для садки овощей полдесятины земли. Содержание скудное.
8. Расстоянием сия церковь от Консистории в 40 верстах; а от местного благочинного в 22 верстах./ ПРИМ. Благочиние шестого круга располагалось в с. Иван-Озеро./ В.И.
9. Ближайшие к монастырю церкви суть : Троицкая с. Богородицкое в двух верстах, Покровская с. Городенец, в четырех верстах.
10. Приписной церкви нет, домовой тоже нет.
11. Опись церковному имуществу есть, сделана в 1893 году 17 октября и скреплена присутствовавшим Протоиереем Г. Никольским.
12. Третья часть метрической книги // метрич. запись усопших – В.И.// есть, выдана консисторией в 1894 году и скреплена присутствовавшим протоиереем А. Никольским.
О ПРИЧТЕ ОЗНАЧЕННОЙ ЦЕРКВИ.
Священник Александр Иванов Покровский, 33 года, сын диакона с. Узунова ВеневскогоУезда, родился 3 декабря 1868 года. По окончании курса в Тульской Духовной Семинарии 1981 году, по второму разряду, проходил должность учителя в церковно-приходской школе с. Ивановского на СИТОВОЙ // — В.И. неразборчиво!// мечи, Чернского уезда, а затем в сельце Ясной Поляне ,прихода с. Кочакова Крапивенского уезда. 8 сентября 1894 года определен, а 13 ноября того же года рукоположен его Преосвещенством, Преосвещенным иринеем, бывшим Епископом Тульским во священники, к казанской церкви, села Казанского-Шелудяков Веневского уезда. 28 мая 1896 года, согласно прошению, тем же преосвященным перемещен во священника к Борщевской Крестововоздвиженской общине, ныне Успено – Иверский монастырь.
14 января 1897 года преосвященным Питиримом, Епископом Тульским, награжден набедренником, а шестого сентября 1901 года скуфьей.
С 1896 года состоит заведующим и законоучителем женской школы грамоты при монастыре. Грамоту и Указ имеет.
В семействе у него жена, Мария Николаевна Покровская, 27 лет.
Нет недвижимой собственности.
Во все воскрестные и празднечные дни, а так же при всяком удобном случае говорены были получения, частью собственные, частью переданные применительно к слушателям.
Поведения весьма хорошего.
Судим и штрафован не был, под судом и следствием не состоит.
О ПРИХОЖАНАХ
Прихожан нет.
ГАТО, ф. 3, оп. 17, д. 345. Тульская духовная консистория. Веневский уезд. 1901 год. Клировые ведомости.

Перепечатал : В.Ю. Ильин.

Подписка

Укажите Ваш Email и будьте в курсе городских новостей