29.03.2020 | Login

Это интересно

 

 

Вторник, 28 октября 2008 00:00

Усадьба Фон Мекк, Ильин

Веневский районный клуб краеведов:

Справка об истории усадьбы Фон Мекк в Веневском районе.

На высоком правом берегу р. Осетр у ее излучины при пересечении со старым Московским трактом в небольшом парке на границе с Хрусловским кладбищем расположены остатки дворца фон Мекк, что еще десятилетие назад был обитаемым помещением.
Он был выстроен и принадлежал Максимилиану Карловичу, барону фон Мекк в конце 19 века.
Дворянский род баронов фон Мекк происходил от силезского канцлера Фридриха фон Мекк (1493 г.) Его внук Яков Переселился в Лифляндию и был каштеляном рижским (1569 г.) / КАШТЕЛЯН – войсковой начальник, ведавший тылом и снабжением армии/. Его потомки до начала 18 в. служили в Швеции. Максимилиан – потомок Якова в 12 колене. Он был предпоследним сыном Карла Оттона Георга фон Мекк (22.06.1821 – 26.01.1876 Петербург), называемого в России Карлом Федоровичем. Один из крупнейших в России инженеров путей сообщения, действительный статский советник, внесенный как и весь род в мартикул дворян Лифляндской губернии и в 6-ую часть родословной книги дворян Смоленской губернии, был очень богатым человеком. В начале 1860-х годов он был подрядчиком строительства Московско-Рязанской, а потом и Рязано-Козловской (ныне Мичуринской) железных дорог, затем же стал концессионером Курско-Киевской и Любаво-Раменской железных дорог. На всем этом он сумел нажить миллионное состояние и стал покупать в разных районах страны барские имения. Например, в 1868 г. он купил на Подольщине (Украина) село Браилов с богатейшими угодьями, где насчитывалось более 600 дворов 5000 жителей. Восстановленный после Великой Отечественной войны дворец фон Мекков в два этажа до сих пор привлекает поток экскурсантов – именно здесь* и жил и работал знаменитый русский композитор П. И. Чайковский, которого приглашала сюда каждый год на лето знаменитая меценатка Надежда Филаретовна фон Мекк (урожденная Фроловская), дочь небогатого помещика Клинского уезда Московской губернии, (р. 29.01.1831 – ум. 14.01.1894 г. Ницца). В 1847 г. в возрасте 16 лет, она не без содействия брата Александра, работавшего на железной дороге, стала женой знаменитого инженера, который был старше ее на 12 лет.
От этого брака у нее родилось 11 детей: сыновья Владимир, Николай, Александр, Максимилиан, Михаил (последний прожил всего 13 с половиной лет) и дочери Елизавета, Александра, Юлия, Лидия, Софья, Людмилла. По завещанию все богатства барона распределялись в равных долях между детьми, но до их совершеннолетия полноправной хозяйкой средств была мать, что позволяло ей бесконтрольно тратить любые суммы. Поэтому ежегодная пенсия, выплачиваемая Н. Ф. Фон Мекк Петру Ильичу Чайковскому, размером 6 тысяч рублей в год, вызывала большие нарекания со стороны детей и мужей ее дочерей и старших сыновей, и они делали все, чтобы их часть наследства переходила к ним.
В 1870-х годах владения фон Мекк оказалися и в нашем уезде, сначала в д. Гурьево, а потом и в селе Хрусловка. Дело в том, что жена владельца многих земель в с. Большой Клин, Васильевское, в деревнях Карпове, Гурьеве и др., знаменитого земского деятеля князя Владимира Александровича Черкасского, учавствовавшего в правительственной комиссии по освобождению крестьян в 1861г. от крепостной зависимости, Екатерина Алексеевна, урожденная Васильчикова, дочь помещика с. Карпова, решила продать часть своих земель в д. Гурьево ( см. примечание ) Землю купил правнук знаменитого генерала от кавалерии, кавалера высших орденов страны барона Леонтия Леонтьевича Беннингсена за победу над Наполеоном возведенного в графы Российской империи (10.02.1745 –2.10.1826) Полное имя нового владельца д. Гурьево граф Павел-Андрей-Виктор Александрович (р.1845 г. — ….?) Он женился на дочери фон Мекк Александре Карловне, и покупка стала свадебным подарком. Надежда Филаретовна часто посещала в этом имении свою дочь. Этот брак оказался очень выгодным для веневского дворянства. И не только титулом и значимостью нового помещика. Через него они получили выход на человека, связанного со строительством железных дорог.
Дело в том, что веневцы, узнав о той выгоде, с которой была построена железная дорога через Тулу, решили добиться этого же и в Веневе. Уезду было чем торговать: залежи каменного угля, богатейшие запасы редчайшего известняка, дрова, зерно, мука всегда пользовались спросом в Москве и других городах центра России. Железная дорога в тех же целях удешевляла подвоз, что давало дополнительный барыш помещикам.
Вопрос о дороге ставился неоднократно с декабря 1871 года на общих собраниях уездного и губернского земских собраний. Направления предлагались самые разные: Зарайск, Лаптево, Кашира, Тула. Была создана особая земская комиссия, где многое определял В. А. Черкасский. Лично ему было выгодно направление на Лаптево, поскольку тогда дорога прошла бы по всем его имениям; князь Оболенский отстаивал направление на Каширу, но под давлением авторитета своего оппонента проиграл, а идею Черкасского из-за сложностей рельефа забраковало правление дороги. Очевидно, здесь уже Черкасский действовал заодно со старшим фон Мекком. Но вскоре умирает барон, через два года умирает и В. А. Черкасский. Их дело продолжили старший сын Владимир Карлович (15.06.1852, Рославль, Смоленск. губ.—2.11.1893, Висбаден, Германия), камер-юнкер Высочайшего двора, Можайский уездный предводитель дворянства, который взял на себя руководство всем делом; и его брат Николай Карлович (16.04.1863, Москва – кон. 1929г. ), который стал председателем правления Московско-казанской железной дороги. Со стороны Веневских дворян в дело включился старший брат покойного князя Черкасского, Евгений Александрович (23.06.1820 – 1898) , тайный советник, в ту пору женатый вторым браком на гурьевской помещице Юлии Александровне Муромцевой, чьи предки Лавр и Иван Лаврович Муромцевы были в числе самых первых служилых в Веневе дворян при Иване Грозном в1572 г.
Веневские дворяне и земство вели переговоры и рассылали свои ходатайства в правление дорог и министерство путей сообщения почти ежегодно, и поскольку дело сдвинулось с мертвой точки, закулисные отношения Беннигсенов и фон Мекков через князя Евг. Черкасского увенчались успехом. В конце концов летом 1900 года первый пробный паровоз прибыл в Венев, а десятилетием раньше веневским помещиком стал младший сын Надежды Филаретовны барон Максимилиан Карлович (17.01.1869 – 1950 ).
В знак благодарности семье на его имя Надежда Филаретовна почти за бесценок приобрела в 1880-х годах 284 десятины земли под имение, лежащих подле с. Хрусловка у Осетра. Говорилось, что часть своего парка уступила помещица Янькова. Возможно, часть парка была именно ее, но документы утверждают, а наличие кладбища с. Хрусловки возле самого поместья доказывает, что на самом деле была продана часть земли, отведенной ранее помещицей под новое кладбище Михайло-Архангельской церкви с. Хрусловка, стоявшей тогда ниже усадьбы на берегу Осетра с веневской его стороны.
На этой земле на деньги Максимилиана началось строительство дворца. Точная дата этого не известна, но в письме П.И.Чайковскому от 9.08.1889г. Н.М. фон Мекк указывала: « Я послала Вам также фотографии, работы моей дочери Саши … Обратите внимание, дорогой мой, на имение и дом Макса; не правда ли очень красиво? Имение это лежит в полутора верстах от Саши, и в прошлом году я его подарила Максу, а дом построен уже на его доходы. Вот и этот последний в январе месяце сделается совершеннолетним (21 год) и получает все свое состояние в свои руки …»
Дом строился быстро веневским подрядчиком Борисом Жулдыбиным. Им же, кстати, по проекту того же неизвестного архитектора были выстроены потом Веневский, Мордвесский и Серебрянопрудский вокзалы, а общность их типового архитектурного проекта наталкивает на мысль еще об одной предполагаемой афере: не строилось ли это здание, как хрусловский вокзал на предполагаемой ветке (а за отчуждение хороших земель платились очень большие отступные), а потом «в связи с изменением проекта» дорогу могли отвести куда-либо в сторону, а «вокзал» продать по ненадобности за бесценок. Кстати, дорога потом пошла такими косогорами и буераками, приводящими до сих пор в этом месте к авариям, что ни один здравомыслящий инженер просто так ее бы там никогда не проложил… Эту версию в свое время высказал наш краевед М.Г. Бороздинский, он долго исследовал ее в архивах, но никаких компроментирующих докуместов так и не обнаружил. Но мысль, что в это же почти время веневцы в лице председателя управы В.Е.Махотина развернгули бурную деятельность по строительству у будущей дороги элеватора для сбора зерна с уезда (без железной дороги это строительство было бы просто бессмысленным), оставляет данный вопрос в подозрении…
Так или иначе, но в 1890 году, 17 января Максимилиан (или Макс, как звали его все домашние) торжественно, с приглашением почти всей родни, (хотя из-за финансовых склок в семье приехали далеко не все), отметил в новом хрусловском дворце свое совершеннолетие. Изыскательские работы на трассе в это время уже начались, хотя через пол года трасса была признана невыгодной; вскоре умерли Владимир Карлович и Надежда Филаретовна, усадьба в Гурьеве перешла к сыну Павла Александровича и Александры Карловны – графу Мануилу Павловичу (р.17.11.1875 — ум. ? ), уездному предводителю дворян Старорусского уезда Новгородской губернии, а в последствии члену 3-й Государственной Думы.
Сидеть помещиком в Веневе юный Макс и не собирался – он выбрал себе дипломатическую карьеру. Уже тогда он служил по ведомству Министерства иностранных дел. В 1895 г. он женился на Ольге Михайловне Кирьяковой, по первому ее браку – Донауровой, после чего фактически покинул свой хрусловский дворец, поскольку стал сначала секретарем русского посольства в Вашингтоне, потом в Стокгольме (Швеция), г. Цетинье (б.Далматинская республика на побережье Адриатики, вошедшая потом в Югославское королевство), и , наконец, генеральным консулом в г. Ньюкасле – на – Тайне (Сев. Ирландия). С 1917 года он находился в эмиграции, где и скончался в 1950 г.
Возможно, что в конце 19 века дворец был продан другим владельцам, хотя документов или каких-либо свидетельств об этом у меня нет. Но в народе он так и остался дворцом фон Мекк, история его обросла легендами и домыслами. Одна из них, что здесь жил Чайковский. Этого не было никогда. С совершеннолетием Макса выплаты пенсии Чайковскому по его желанию (Макса) тут же прекратились, что привело к разрыву отношений композитора с его матерью.
После революции дворец фон-Мекков был национализирован, и на его основе создана коммуна. Конфискацию осуществлял первый советский прокурор (уезда) известный наш революционер Дмитрий Семенович Соломенцев. По его рассказу в хрусловском дворце Мекков было 24 комнаты, и не одна из них по своей отделке, обстановке и окраске не походила на другие. Точно известно, что там были дубовый, ореховый залы, «китайский» зал со стенами, обитыми китайскими тканями, был зал, отделанный под ясень, выкрашенные под серебро и золото, с мебелью из орехового дерева и карельской березы. Самой оригинальной была «зеркальная» комната – сплошь с зеркальными стенами, потолком и полом. Следовательно, хозяин был очень горазд на всевозможные выдумки. По традиции тех времен все украшения и ценная утварь, картины и ткани сдавались в Москву, туда же, в музей дворянского быта была, очевидно, свезена и мебель, которая могла быть, как невостребованная другими музеями, продана с аукциона на манер продажи двенадцати стульев мастера Гамбса из одноименного романа Ильфа и Петрова. Коммунары были против роскоши, поэтому вряд ли что могло уцелеть в этом доме.
А в 1921-22 г.г., когда разразился голод в Поволжье, здесь был открыт детский дом для прибывших с Волги сирот. По распоряжению зав. отделом культпросвета Наркомпроса РСФСР Н. К. Крупской Федор Макарович Ананьев доставил сюда из Москвы целый вагон одежды, белья, обуви и продуктов.
Отсюда вышло потом немало замечательнейших людей – знатная ткачиха Армении Наталья Пронина, ставшая вскоре после войны депутатом Совета Национальностей Верховного Совета СССР, Герой Советского Союза Георгий Дмитриевич Курбатов. Выпускники и питомцы на страницах нашей газеты вспоминали много других интересных людей, среди них – директор 50-х – 60-х лет Николай Федорович Карнаушкин, который в труднейших условиях добивался для ребят всяческого благополучия.
В годы своей учебы в школе и первое десятилетие работы в ДК бывал там с шефскими концертами и походами шахматистов и я. Здание содержалось в пристойном виде, постоянно поддерживалось и ремонтировалось.
Но затем из-за беззаботности детдомовского руководства здесь начались склоки, взаимные разборки, хлынул поток анонимок. Авторитет детдома резко упал, и областное начальство поспешило его закрыть.
Здание некоторое время было бесхозным, впериод первичной приватизации его поспешили продать одной из Московских фирм.
В 1994 г. его судьбой заинтересовался областной департамент по культуре. По инициативе его тогдашнего руководителя И. М. Москалева интеллигенция района подняла вопрос о приобретении дворца для базы отдыха культработников области, с этим вопросом я лично обращался на депутатском приеме к тогдашнему министру культуры Сидорову, но вопрос не был решен из-за разорения собственника, имевшего права на дворец. Тогда он был еще в приличном состоянии и лишился только стекол, части парапетов окон и нескольких досок пола. Сейчас это здание уже не узнать.
Необходимо принять все меры для возвращения уникального здания в ведение района.
Ильин В.Ю.
Режиссер Веневского народного театра РДК,
Председатель районного клуба историков и краеведов, 8.04.2001г
Использованная литература :
1. Ф. А. Брокгауз, И. А. Ефрон. Энциклопедический словарь, С. Петербург, 1896, т.37 (1-й полутом 19т), с.2
2. В. И. Чернопятов. Дворянское сословие Тульской губернии, М.1908. Родословец, материалы, ч.у. графы Беннигсен. Бароны фон Мекк. Князья Черкасские., 4. (6)
3. Мануил Беннигсен. Дворец в Гурьеве. Статья из журнала «Поместье и усадьба», М. 190..г. (предп. 1908)
4. М. Г. Бороздинский. Наш первый паровой. Статья из газеты «Красное знамя» за 1985., №№ 26,27,32,54,66,73, 76, 97,98
5. М. Г. Бороздинский, Дворец Мекков. Рукописный чистовик от 2.07.1993 г. Хранится в Веневском краеведческом музее.
Примечание: При сверке текстов разных публикаций я нашел в своей справке историческую ошибку. Землю Беннигсену для жены Анны Карловны кн. Черкасская продала не в д. Гурьеве, а в с. Хрусловке без строений и крестьян, а землю и дворец в д. Гурьеве граф Павел Александрович Беннигсен приобрел у жены князя Евгения Александровича Черкасского Юлии Александровны, урожденной Муромцевой, и ее сестры девицы Елизаветы Александровны Муромцевой. В имение входили деревянный, отделанный под камень в «александрийском» стиле дворец с коллонадой по обе стороны и примыкающими к ним флигелям: для гостей и для кухни, коллонада до кухни была застеклена, потом там устроили оранжерею; недостроенный конный манеж почти 500 метровой длинны, ряд беседок, фонтанов, аллей из редких пород деревьев.
Но поскольку этот дворец к Хрусловскому отношения не имеет, то и ошибка ничуть не влияет на ход повествования.
2. Николай Карлович фон Мекк не уехал за границу, а остался строить железные дороги России, он даже работал в народном комиссариате путей сообщения. Но в 1929 г. он был обвинен во враждебной деятельности и был расстрелян в конце 1929 г.

8.04.2001 г.
Ильин В.Ю.

Опубликовано в Наши современники
Четверг, 30 октября 2008 00:00

Тулубьево, Татаржинская

Ваше Преподобие!

Посылаем Вам фотографии и чертежи Храма Михаила Архангела села Тулубьево, а также рассказ о поездке в Тулубьево и Венев на могилы наших предков в 1980 году.
Храм построен в первой половине XIX века (точная дата нам неизвестна) в родовой усадьбе Афросимовых при Дмитрии Афросимове ( 1790-1850). В склепе Храма были похоронены: его сын Николай Дмитриевич Афросимов, наследница-дочь Ольга Дмитриевна Афросимова, в замужестве Милохова, ее муж Аполлон Алексеевич Милохов, а также их дети и внуки. Последним владельцем имения был правнук Дмитрия Афросимова, Владимир Сергеевич Барыков.
Мы предполагаем, что автором Храма был крупный петербургский архитектор В.Ф. Федосеев, работавший в те годы в Туле и окрестностях.
Очень надеемся, что эти материалы помогут при ремонте и восстановлении этого замечательного Храма.
Иконы из его иконостаса могут, по словам старожилов, находится у жителей села Тулубьево.

С глубоким уважением,
Иоанна Татаржинская, Михаил Шишкин дек. 02 г.

Тел.: 246-70-07
Архитектор
Татаржинская Иоанна Викентьевна

ТУЛУБЬЕВО

«Как в прошедшем грядущее зреет
Так в грядущем прошлое тлеет»
Анна Ахматова

В Веневском районе Тульской области в северо-восточной части Среднерусской возвышенности, на древней земле вятичей расположено большое село Тулубьево, получившее свое название от исчезнувшей малой речки Толубайки.
Из Москвы туда можно проехать по железной дороге с Павелецкого вокзала до станции Настасьино, затем около 4 км пешком или на попутной машине. Можно повторить маршрут, который был наиболее удобен в старые времена, и доехать до ближайшей к Москве станции Мордвес. От нее, как и прежде, расходится несколько дорог, одна из них, идущая на юг, интересна и живописна. Она бежит среди полей, лесов, то поднимаясь слегка вверх, то легко сбегая вниз. Судя по всему, она выглядит так же, как и сто лет назад. Начинаясь в открытой, равнинной местности, она через несколько километров становится лесной, по обеим ее сторонам стоит стеной густой, смешанный лес бывшей Каширской засеки. Дорога, повернув от лесного массива на запад, приводит в холмистую местность с бесконечными полями ржи, овса, просматриваемую далеко вперед. Широта охватывает необычайная, такие просторы в старину в тех краях называли емким словом «оглядь».
Издали на самой высокой точке безлесного холма, куда ведет дорога, и сбегаются хлебные поля, замыкая широкую перспективу, виднеется село Тулубьево с каменной монументальной Церквью, которая органично включена в пейзаж, сохраняя главную роль в нем. Слева от нее в густой зелени стоят сельские дома, правее частично сохранившиеся посадки старинного парка и хозяйственные постройки колхоза. Въездные ворота для такого высокого места не нужны, оно все просматривается с дороги, лежит «как на ладони», его сразу охватываешь взглядом, встречая всей грудью. При приближении к нему дорога неожиданно спускается вниз в глубокий овраг, затем стремительно поднимается по зеленому склону на открытую площадку, поросшую сочной травой. На ней расположен редкий памятник архитектуры первой половины XIX века, Церковь Михаила Архангела, компактный храм типа «ротонда», встречающийся часто в русской архитектуре не в «чистом виде», а как здесь, квадратным в плане.
Кубический, решенный стеной, центральный его объем с двух сторон расчлененный высокими арочными нишами с трехчастными проемами, украшенными прекрасно нарисованными пилястрами дорического ордера, увенчан большим, почти во всю ширину световым барабаном и куполом. С востока и запада к нему примыкают более низкие прямоугольной формы алтарная часть и западный притвор, образуя четкую, симметричную, устойчивую композицию, контрастирующую с живыми линиями природы. Фасады, интерьеры, живопись, детали ордера, металлические решетки сохранились в удовлетворительном состоянии, разрушена полностью лишь колокольня.
Памятник выглядит «столичным», хотя неизвестен за пределами области, не поставлен на государственную охрану. В нем чувствуется незаурядная творческая индивидуальность, профессиональное мастерство, черты хорошего вкуса. Можно предположить, что автором проекта мог быть петербургский зодчий В.Ф. Федосеев, приглашенный в 1833 году Демидовыми в Тулу для восстановления после пожара металлургического завода, где он кроме этого осуществил постройки колокольни Всехсвятской Церкви и Петропавловского Храма-ротонды, архитектурно-художественные формы, пропорции которого очень напоминают Тулубьевский Храм.
От старой Тулубьевской усадьбы, принадлежавшей в прошлом семье Афросимовых, расположенной когда-то рядом с Церквью Михаила Архангела, остался хаотично вырубленный фруктовый сад, часть пейзажного или как его называли тогда «аглицкого» парка. Они сильно пострадали от времени, но планировка их понятна и сейчас. Пространство между аллеями было засажено плодовыми деревьями, такое часто встречалось в русских парках. Сами фруктовые сады мало где сохранились, плохо они сохранились и здесь. Лишь плавное движение огромных двухсотлетних лип, да шелест серебристых тополей того же возраста наводят на размышления, перенося на два столетия назад.
Со стороны села за Церквью к липовым аллеям прижалось небольшое тенистое кладбище, густо заросшее деревьями и травой, среди которых лежат белокаменные надгробия конца XVIII начала XIX, чередуясь с более поздними захоронениями.
С противоположной стороны в зелени парка прячутся неглубокие прямоугольной формы пруды. Темно-зеленые воды их спокойны и неподвижны, лишь голубое небо и солнце высвечивают зеркальную гладь, да при дуновении ветра по ним проходит мелкая, трепетная дрожь. Идешь вдоль низких, неухоженных их берегов, и плывут вслед за тобой отражения прибрежных трав, кустарников, деревьев, некоторые из них шагнули прямо в воду. Пруды, не нарушая целостности общего рельефа холма, как зеркала гостиных, опрокинутые на землю, и сейчас украшают сохранившуюся часть парка.
Но самое интересное раскрывается для путника в северной части, со стороны поляны перед Церквью. С открытого взгорья видишь, как расстилается вокруг на много километров равнина, лежит на ней окаймленная лесом деревня Борозденки, вьется лентой по полям дорога, доходя до горизонта, где начинаются пологие холмы с лесными массивами, плавно сбегающими по склонам. И, крутое небо, неописуемое, изменчивое, огромное, оно господствует везде и во всем, рождая у человека чувство свободы, высоты, чувство крыльев, которое возникает от близости облаков и ветра. Удивительное место, мир необычных измерений. Здесь вспоминаются не только строки стихов русских поэтов, но и роман «Война и мир» Л. Толстого, особенно название имения Болконских «Лысые горы». Находясь в Тулубьеве, понимаешь, что так можно назвать видимые вдали вершины холмов. Видимо, «Лысые горы» представлялись автору не совсем безлесными, а такими, как здесь, «лысеющими».
Восстановить зрительно ансамбль старого поместья помогают существующие и ныне садовые дорожки, часть ограды, остатки старых фундаментов и, конечно, старинная, выцветшая от времени фотография, сделанная, примерно, в 1864 году. На фоне невысоких деревьев рисуется единый объем Церкви и трехъярусной колокольни, украшенной круглыми часами и главкой. Чуть выше по рельефу в центре располагался двухэтажный, деревянный, вместительный жилой дом с террасами и навесами. Его одноэтажные вытянутые вдоль боковые крылья ассиметричны, одно из них служило крытым переходом к кирпичной кухне. Близ нее виден большой одноэтажный флигель, за ним, не попав в объектив аппарата, начинались хозяйственные постройки. Архитектурный ансамбль, занимая всю кромку холма, имел четкую фронтально-ассиметричную объемно-пространственную композицию, для которой характерно равномерное размещение акцентов, спокойный ритм зданий, равнозначность осей. Перед фасадом была устроена большая, открытая площадка, сделана она была для всего ансамбля, для видов от него и на него. Ничего не заслоняло Храм и усадьбу со стороны главного подъезда она вся была «распахнута» широким амфитеатром на широкие просторы, обращена во вне, к зрителю, воспринималась сразу с разных точек зрения. Стоящий в центре ее дом, чтобы не слишком «парить» в небе и облаках был как-бы «заземлен», привязан зрительно к месту, уходящим вглубь парком и садом. Они крепко удерживали его на земле, связывая с расположенным рядом селом. Все было продумано, «сделано» с большим мастерством, хотя казалось абсолютно естественным. Судя по всему, в Тулубьеве архитектура и пейзаж сливались, дополняя друг друга, образуя единство разумно организованной среды, что так ценно для садово-паркового искусства.
Дорог этот усадебный комплекс не только архитектурным, но и историческим прошлым, живой связью с биографией льва Николаевича Толстого, следом, оставленным в его литературном наследии. В воспоминаниях Д.Д. Обленского, опубликованных в 1990 году в Международном Толстовском альманахе говориться, что Л.Н. Толстой в конце пятидесятых годов прошлого века, возвратившись с Кавказа каждую осень охотился в Веневских, Каширских лесах и засеках. «Впоследствии многие картины из этих охот вошли в произведение автора «Война и мир». Можно было даже узнать в романе некоторых охотников по их ярким чертам и характерным выражением». Это подтверждают переписка и дневники писателя. Так, в письме к мужу сестры Фета, И.Борисову он написал в 1859 году: «Вчера я только вернулся из отъездов в Каширский и Веневский уезды, затравил 2 волка, 3 лисицы». Льва Николаевича привлекали своей первобытностью, дикостью, безлюдьем любимые им засеки с глухими дорогами, чащами, оврагами. Они имели особое значение в его жизни и творчестве. Наиболее широкая в области бывшая Олонецкая часть Каширской засеки находилась как раз в трех верстах севернее Тулубьева. Известно из тех же источников, что писатель в те годы, время подготовительной работы над романом «Война и мир» охотился постоянно с опытными охотниками Иваном Артемьевичем Раевским, Петром Михайловичем Глебовым и братьями Владимиром и Евгением Александровичами Черкасскими. В усадьбах последних Кайдаково, Гурьево, Васильевское, расположенных вблизи Тулубьево, охотники останавливались на ночлег.
События тех лет, знакомства, жизненные наблюдения, природа оставили ощутимый след в произведениях писателя. Это чувствуется не только в заимствовании некоторых черт обитателей тех мест для галереи портретов, но и в знаменитых сценах охоты Николая Ростова в Отрадном. Л.Толстой почти с зеркальной точностью отражает действительность в описании осеннего пейзажа в дни перед охотой. Читая некоторые строчки романа, кажется, что написаны они с натуры, совпадает описание полей, дороги, вершин холмов и даже расположение леса. Все это говорит о том, что Л.Толстой не раз посещал здешние места, хорошо знал их. Ведь Тулубьево лежало как раз на середине пути из имения Черкасских Гурьево до Глебовского поместья в Кайдаково, где, судя по рассказу Д.Оболенского, Лев Николаевич проводил долгие вечерние часы и сочинил несохранившийся рассказ «Полина и Фаустина». Миновать при этом Афросимовскую усадьбу было просто невозможно, а не увидеть ее тем более. Да и сами обитатели ее, Афросимовы, уроженцы Тульской губернии, родственники соседа и друга Толстых по Ясной поляне, Афросимова Павла Александровича, были люди образованные, самобытные, вели образцовое по тому времени хозяйство, что тоже в те годы должно было заинтересовать писателя. Не раз фамилия Афосимовых встречается не только в дневниках писателя, но и в измененном виде среди литературных персонажей его произведений: это и Ахросимова из «Войны и мира», Афремов из «Живого трупа» (в первой редакции он упоминался как Афросимов). Лев Николаевич так говорил о героях своих книг: «У меня есть списанные и не списанные с живых людей, первые уступают последним, хотя списывание с натуры дает им несравненную яркость красок в изображении».
Сохранилось предание, что хозяйка Тулубьева, Ольга Дмитриевна Афросимова (ее могила сейчас находится в склепе Церкви Михаила Архангела) – женщина яркой индивидуальности, глубоко верующая, приверженка обычаям русской старины, с энергичным характером, с простотой в манерах общения послужила одним из прототипов образа Марии Дмитриевны Ахросимовой в романе «Война и мир». Дошедшая до нас фотография ее говорит о сходстве с внешним обликом, нарисованным Львом Толстым. Из научной и мемуарной литературы известно, что существовали другие прототипы этого важного действующего лица романа, об этом писали С.Толстая, Т.Кузьминская, Б.Эйхенбайм. Видимо литературно-художественный образ не был лишь натуралистической зарисовкой, он вмещал в себе представление о ряде характерных людей. Но, не случайно, Л.Толстой назвал его Ахросимовой, изменив, как обычно, только букву «ф», сохранив даже отчество; вероятно, именно в Афросимовской семье он встречал женщин с типичными внешними и внутренними чертами, ставшими своеобразными «натурщицами» для его сочинения. В конце пятидесятых годов XIX века, когда тулубьевские окрестности — Гурьево, Кайдаково не раз во время охот посещал Л.Толстой, Ольга Дмитриевна, выйдя замуж за Милохова А.А., безвыездно жила в деревне вместе с материю, детьми и мужем. Хозяйство ими поддерживалось в образцовом, по понятиям того времени, состоянии, в изобилии выращивались зерновые культуры, был большой скотный двор, службы, оранжерея.
Таков был еще один мало известный уголок Тульской области.
1985 г.

Опубликовано в Наши современники
Расскажу как я устраивался в Recruiting Services на завод LG Electronics в Московской области. Приехав в агентство на м.Комсомольская меня встретили две девушки, Оксана и Виолета, сами из Беларуси, по их рассказу отработали по вахте на данном предприятии и теперь занимаются трудоустройством в LG. Заполнив анкету и все необходимые для трудоустройства и работы документы, в т.ч. заявление без даты об увольнении по собственному желанию, 13 росписей о прохождении инструктажа по технике безопасности и т.д. меня сфотографировали и отправили в офис на м.Белорусская для получения пластиковой карты Рекрутинг Сервис дающей право на проживание в общежитии компании. Содержимое карты: Фото, табельный номер, дата заселения, на обратной стороне памятка: Добро пожаловать в нашу компанию! Ваша вахта продлится 3 месяца. Оплата 1-го и 2-го месяца работы производится по ставке 85 руб ч/ч, 3-го месяца и последующие вахты – по ставке 95 руб ч/ч. Выплаты производятся два раза в месяц: аванс с 8 по 13 число каждого месяца, усиленный аванс с 26 по 30 число каждого месяца. Расчет производится после отработки всей вахты, заработная плата выплачивается по последний рабочий день. Далее телефоны… Заплатив 165 рублей за билет до станции Дорохово и потратив полтора часа на дорогу, я встал перед выбором, взять ли такси за 200 руб. как обещали девушки из агентства или пойти пешком к месту проживания по данной ими схеме, но так как темнело и начиналась вьюга, я взял такси правда за 300, хотя на станции просили 500, но на визитке был уже прикормленный таксист, просто цена немного подросла. Очутившись на КПП базы отдыха, на которой располагались общежития компании, меня встретил администратор и проводил в корпус, в котором мне выдали форму состоящую из комбинезона, футболки и куртки с логотипом Recruiting Services, после чего забрали паспорт, который обещали вернуть на заводе в момент трудоустройства. Далее был медосмотр состоявший из визуального осмотра местным доктором и выдан пропуск для прохождения на территорию. Этап заселения оказался немного не соответствующим рекламе об отдельном проживании в комнате, это называлось карантин, так оказалась что сейчас большая текучка и никого не селят в отдельные комнаты, после испытательных 2 недель обещали расселить. Комната представляла из себя 8 двухуровневых кроватей и стола без стульев. Таких как я прибыло на этот день трое. Кровати были не укомплектованы ни одеялами ни подушками, администратор это объяснил, что занимайте пока любые места, народ придет со смены разберетесь. Пообщавшись с прибывающими работниками, которые отработали как оказалось пару дней, впечатление начинало складываться. У некоторых были судимости и они никак кроме как отрядом, хатой и шконками данное место не обозвали. Бывшие в заключении, сказали что на зоне работать было легче. Люди не имели ни образования ни опыта работы и были представителями практически всех регионов бывшего СНГ. По их рассказам система штрафов многим не давала возможности уехать домой и большинство просто работали за жилье и еду. Многие жаловались на клопов и клещей в кроватях. В 21:00 был ужин в столовой базы отдыха, как обещалось завтрак и ужин, будут на территории проживания, обед на заводе. Кормежка сильно напоминала советские времена, а больше армию или зону. Никаких подносов, гарнир, мясо с подливом, салат, мне попалась мысо с камушками и волосами, но народ к этому привык пожалуй, чай был с бромом, но это мое мнение, очень напоминал армейский. В 22:00 прошел инструктаж с начальником службы безопасности Владиславом Валерьевичем, на котором были озвучены все виды наказаний рублем: 1000 р, не явка утреннюю на перекличку в 7:15 на территории общежития, 1000 руб за курение в не отведенных местах, 3000 руб. за нахождение в нетрезвом виде, 1000 руб за нахождение в чужой комнате без письменного на то разрешения, 1000 руб за выход из общежития после 1:00 и т.д. Утро следующего дня 6:30 подъем, 7:00 завтрак, армия однозначно – кастрюля с геркулесом и черпак, сыр, масло. В 7:15 перекличка в соседнем корпусе, нам выделили проводника для следования на завод. 15 минут как в рекламе с учетом зимы, превратились в бесконечное путешествие в темноте по заснеженным тропам с пересеченной местностью, я все ботинки забил снегом. На КПП завода с нами было проведено собеседование на предмет: служил, где работал и т.д. после чего мы прошли на территорию и прослушали инструктажи и получили дальнейшее распределение по бригадам. Завод производит в 1-м цехе сборку телевизоров и мониторов из комплектующих, во 2-м цехе холодильники и стиральные машину с нуля. Суть работы на производственной линии заключается в однообразных операциях, по монтажу, проверке и отгрузке, на линии находится до 40 сотрудников. На производстве холодильников и стиральных машин, процесс сложнее: практически все комплектующие производятся на месте. К опасным факторам отнесу наличие 30 тонн особо опасных компонентов, в случае возгорания которых выделяется циаген, чайной ложки достаточно для уничтожения всех находящихся в закрытом помещении. В холодильниках используется газ, используемый в обычных зажигалках. Механические пресса, для необученного персонала в некоторых случаях обходились ампутацией конечностей, при неправильной их эксплуатации. На линиях постоянно слышен мат и ругань. За косой взгляд на представителей компании (корейцев) также положено взыскание до 3000 руб, многие его получили. Работники рекрутинговых, аутсорсинговых компаний, работающих на данном предприятии не обеспечиваются специальной обувью и утепленными куртками, что не относится к постоянным работникам. Питание в столовой для данных сотрудников на 100 рублей в сутки вычитаемых из ЗП сводится к простым блюдам, которые выделены отдельно. Салаты и десерты только для сотрудников компании или за свой счет, цены от 100 руб. за позицию. В итоге люди отработавшие 3х месячную вахту, получают на руки за минусом необоснованных штрафов, порядка 30000 руб на пластиковую карту коммерческого банка, которую в своих регионах обналичат с огромной комиссией. Как-то не солидно для такой известной компании. Делайте выводы….
Опубликовано в Наши современники
Четверг, 16 февраля 2012 00:00

Олег Свешников "Сладострастница"

СКАЧАТЬ I Все на земле начинается с первого звука , провел музыкант по скрипке смычком , и в мгновение взле - тела величием над землею Белая Лебедь , ─ соната Бетховена . И мы бы желали изначально поведать о герое Любопытному Человеческому Сердцу , без чего чи - тать сказание о современной , любви земного Леля - пастушка к богине Молонье , жене Великого Грома Гремучего , будет немыслимо сложно . 3 5 Зовут современного Леля - пастушка ─ Филипп Евсеевич Босомыга . Кто он ? Чем жив ? Жив он , бессмертною любовью . Он несказанно любит Маланью . Любит ее , как святой , целомудренно и жертвенно , как люди от ду - шевной красоты , любят свет берез и яблонь , крики журавля в синем , тоскующем небе , пение иволги в березовой рощице . И если верно говорят , что любовь ─ это мир , отвоеванный у хаоса Вселенной , где все твое : нежность , мудрость , сумасшествие , скорбь и боль , покорность и воскресение души , которая не боится гибели , то все это как раз и вместила в себя бессмертная любовь блаженного пастуха ! Но его отрада , живущая в высоком терему , и слы - шать не желала о любви честного и бедного рыца - ря . Тем более о любви греховной . Но и дрекольем не гнала . Умно придерживала при себе . Вдруг и востре - бует ее сиротливая судьба ? На безлюдье ─ и Филя мужик ! Всю жизнь Филипп Евсеевич проработал в кол - хозе . Жил , не зная горя . При полном почтительном благополучии ! Где окажется у застолья , ─ там и по - обедает хлебосольно , где застанет ночь , ─ там и при - чал . Но колхозы распались , коров вырезали . И остал - ся полководец коровьего стада не у дел . Куда бедному крестьянину податься ? Только в загул . Но спиться совсем Филе не дали ; пастух в де - ревне , в каждом доме ─ желанный гость ! Он без стеснения заходил в любую избу , спрашивал : « Как , сваха , с борщом живешь ?» Наливали . За прошлые заслуги ! Без печали и укора . Он не слыл иждивен - цем , ленивцем . Надо , и огород вскопает , и упавшую изгородь выправит , и осевшую печь заново сложит . Деньгами плату не брал . Не привлекали его деньги ; казалось , он даже не знал о существовании денег . Требовал стакан самогона , хлебосольный обед , ─ и с кнутом - посохом , с молитвою покидал гостепри - имную избу . Жил Филя , как божий странник . В чем и видел ценность жизни ! Жить , просто жить ! Смотреть на солнце , на березы , на плывущие об - лака , по радости слушать , как у озера поет иволга на березе , завлекая молодушку на любовь - свадьбу . Что еще человеку надо ? Деньги ? Хоромы ? Яхты ? Рос - кошные автомобили , те же газовые камеры из Освен - цима , с добровольным заточением ? Глубокое заблу - ждение ! Все остается на земле ; с собою ничего не возьмешь ! Зачем же было растрачивать свою жизнь , в беге за богатством ? Твой бег , ─ есть бег за смертью , а не за богатством , ибо сам по себе ты есть тлен , а не золотой слиток , как возомнил себя ! В беге за деньгами , жил ли ты ? Видел ли облака в небе ? Ветку рябины с ягодами , в снежной короне ? Белоснежную кувшинку на озере , где на ее престо - ле целуются стрекозы ? Он веровал , кто ни разу не встал на колени перед ромашкою , не излился слеза - ми за ее красоту и первозданность , тот и не жил на земле ! Ходил Филипп Евсеевич неизменно в старомод - ном картузе , в косоворотке , расшитой по подолу красно - веселыми петухами , в вольных , пастушьих брюках , которые подпоясывал конопляным вервием . Лицо имел строгое , иконописное . Синие глаза таили 4 в бездонности красоту души , кротость и смирение . И несли печаль праведника . Носил узкую бородку . Всем обликом походил на святого ─ со смиренным ликом , с ликом мученика . Слыл в округе мужиком умным , начитанным , удивлялся , почему Платон и Сократ , так много думали о жизни , а смысла его не изыскали ? Он же прост , ─ жить , просто жить ! Но мужская грусть - печаль , все же , измучивала блаженного пастушка , сжимала , как спрут . Боги зем - ли и неба , верша его ─ как земную правду , то ли в на - смешку , то ли по забывчивости , не вылепили статью Геракла ; из мастерской Создателя он вышел , как из страны Лилипутии , не человек , а чисто дьяволенок с чердака , ─ и Земные Дивы , кто от века озабочен продолжить род в красоте и силе , естественно , не привечали блаженного пастуха . Но больше всего , его огорчала Маланья , кому он и нес свою бессмертную любовь ; его избранница , повторим , даже слышать не желала о любви деревен - ского Ромео ; и тем несла ему велико немыслимую боль и велико немыслимую скорбь . И строго пого - варивали на деревне , пастушок Филя , оказавшись на плахе горького , униженного одиночества , даже пытался повеситься на пастушьем кнуте , но вмеша - лись дьяволы , спасли его . И угодливо посоветовали продать душу Мефистофелю , дабы вдова отозвалась на его любовь , и он мог бы овладеть ею . И Филя с отчаяния продал душу ! И теперь каждый вечер ходил на свидание к из - браннице и неоглядно веровал , вдова , рано - поздно , полюбит его , та самая пышнотелая вдова Маланья , какая умывается в роднике с зарницами , поет с ивол - гами в лесу , и чьи женские прелести есть завлека - тельный дар для сильного мужа . II И в этот вечер Филя шел на свидание к избран - нице , весело играя на гармошке . Шел по радости , по удали , выпив для смелости первача - самогона . Шел от деревни к деревне , по луговой тропе , через овсы , по густому лесу , шел веселым , беспечным гулякою ; никого не боялся : ни волков , ни ведьм , ощущая себя полновластным властелином безмолвия , загадочно воскресших под луною лугов и раздольных полей . И свято верил , одинокая вдова ожидает его , ибо очень любила постылыми одиноким вечерами послушать его гармонь , попеть грустные , душевные песни . И совершенно не догадывался об измене пышнотелой красавицы - певуньи , о том , что ее расписной терем стал лежбищем любовного свидания с Петрухою , гордым и неуклонным осквернителем женской чес - ти . И только пел во все легкие : Как весело живется , Как радостно дышать , Когда мне удается Вдову пощекотать . Любовь , ее не избежать , Ни смертным , ни богам ! О чем же горе горевать ? О чем печалиться , страдать ? Прильни к моим губам ! Хутор Вдовий выплыл из лунного безмолвия , как сказочный замок . Он собрал гармонь , прошел по из - вилистому берегу реки , мимо мельницы . И быстро взбежал по ромашковому взгорью на околицу . 6 7 8 Изба Маланьи стояла отшельницею на самом бе - регу озера , в сосновом бору . Безмолвие в избе сильно и мучительно встрево - жило Филю . Все ставни на окнах были крепко - нак - репко затворены . Благословенно из избы не прони - кал даже лучик света , не веселил землю . И сама изба высилась в загадке , как чужая и одинокая гробница фараона . Он робко постучал . Никто не отозвался . Ревность сжала сердце , как спрут ; стало тяжело дышать . Мрачными тучами потекли мысли : ужель с любовником закрылась ? Надо было себя успокоить . Он огляделся . Ночь стояла тихая , лунная . По озеру , в заманчивой красоте , бежал лунный переблеск . Лениво раскачивались ры - бацкие лодки , причаленные к берегу . Ветер доносил благостные запахи кувшинок . В расщелине скалы спали утомленные чайки . Ближе к хутору подступа - ли луговые покосы , сенные стога , чутко и бережли - во укутанные туманом . Туман - загадка принакрыл и клюквенное болото , где жили лешие , ведьмы , злые духи . Издали доносился приглушенный свист коро - стели , похоже , никак не могла устроиться на ночлег . Из леса пугающе резво сорвался и прогремел крыль - ями сытый , тяжелый тетерев ; в лунном свете проле - тела сова , отбрасывая черную тень на землю . Всматриваясь в ночь , в красоту ее , Филя блажен - но произнес : ─ Любота ! Пожив в удовольствие сам с собою , ночной гость посмотрел на притихшую избу Маланьи . И сильно - сильно постучал в окно . Но и на этот раз его обсту - пило греховно - загадочное безмолвие . Филя встре - Как весело живется , когда мне удается вдову пощекотать . вожился не на шутку . Снова подумалось : ужель с полюбовником ? Ужель изменила ? Влюбленного рыцаря обожгла жалость к себе . Было стыдно - престыдно слышать свою боль и уни - женность . В сердце перестали существовать Любовь и Разум ! И он застучал в ставни с такою гордою мужскою силою , с таким гневом , словно в окаян - ную грозу сам Илья - пророк на золоченой колеснице прокатил низко над землею . И обрушил на терем все грома . Изба сотрясалась , изгибалась паутинкою в небе ; но терем хранил пугающе таинственное безмолвие . Влюбленный Ромео застонал в горе : ─ Маланья , не рано с курами на насесте улеглась ? Я пришел , Филиппок ! Ужель не слышишь гармонь пе - вучую ? Явись из терема ! Погуляем с гармошкою , по росистому лугу . Эх , и сладочки гулять в обнимочку ! Поют соловьи ! Все окрест облито лунным свечением ! Идешь , и каждая травинка в след клонится ! Звезды в небе мило , как на голубой флейте , ─ вальсы наигрыва - ют ! Каждая кувшинка в озере одета в белое подвенеч - ное платье ! Как перед свадьбою ! Любота ! Помнишь , как на лодке катались ? Как целовались у старинного графского пруда ! Эх , и сладочки целовались ! Он чутко , на нерве прислушался . Но вокруг избы неумолимо , ненасытно , прыгали и прыгали бесы молчания . Он стал с отчаяния злиться : ─ Маланья , медведь тебя задери ! Ты оглохла ? Уши воском залепила ? Так я отколупаю ! Меня до буйства не доводи ! Открывай , грю ! Долго я буду под родным крыльцом сиротствовать ? Мужичишко прислушался . Но изба хранила и хранила печальное , таинственное безмолвие . Серд - це его охолодело и стало биться , измучивать себя , в горько - мстительной ревности ! Он уже понимал , если Маланья не одна , то никак не откроет . Пробраться в терем можно будет только горящею стрелою Робин Гуда ! Но зрели и зарницы - надежды ; вдова могла и за сахаром в город уехать ! Так ли , не так , надо было вы - знать правду . И Филя , отложив гармонь , забрался на завалинку . В ставне было отверстие в форме сердеч - ка . В ту округлость он и заглянул и стал с ревнивым любопытством всматриваться в безмолвие . Но темь густилась , как в гробнице . Он стал в отчаянии злиться : ─ Маланья , отзовись , ты не одна ? Кончи , в мол - чанку играть ! Слышишь , змея подколодная ! Открой , грю , я шутковать не позволю ! Он попытался приоткрыть ставни . Но ставни , с ударною силою , распахнулись , и Филя , сбитый ими , отлетел в палисадник , стукнулся о березу , где про - снулась иволга и спросонья , не разобравшись , что к чему , запела песнь о любви . Выбравшись из крапивы , деревенский Ромео с удивлением посмотрел на окно : кто же с такою не - мыслимою , дьявольскою силою столкнул на землю ? Филя ужаснулся : ужель Маланья милуется с дья - волом ? Ужель дождалась ? III Тревожное раздумье Филиппа Евсеевич о дьяво - ле не было напрасным . Маланья несла в себе загад - ку , ─ все женщины на любовь заколдованы Богом , а вдова , единственная , заколдована на любовь дьяво - лом , в наказание ─ за грехи рода ! И ночью ее часто
Опубликовано в Наши современники

Подписка

Укажите Ваш Email и будьте в курсе городских новостей